Князь. Война магов

И в ополчении под Великими Луками, и в полку на порубежной службе. «Мне, князю Папанину, непригоже быть ниже князя Ваванина, ибо его дядя князь Папанин был некогда меньше боярина Сесевы, Сесева в другой раз был меньше Федорова, Федоров ниже Гагакина, а Гагакин меньше моего отца…». И так далее – по каждому посту и каждому боярину. Чем ниже – тем больше претендентов на каждую служебную ступеньку, тем ветвистее родственные связи, тем жарче спор."

"Дружными усилиями родовитые князья свалили Голицына, оттерли куда-то на второй уровень претендентов, и за место второго воеводы рьяно заспорили князья Роман Васильевич Алферьев и Михаил Андреевич Безнин. Причем оба происходили корнем из рода Нащокиных. Тут Зверев тоже не утерпел и привстал на носки сапог:

– Бесчестно это получается! Нащокины из боярского рода свой счет ведут, а князья Сакульские – от самого князя Гостомысла по прямой линии. Мы Рюриковичам деды![25] Сакульские выше Нащокиных сидеть должны! И выше Гедиминовичей тоже!

– Кого я вижу? Князь Андрей Васильевич! – скрипнул зубами юный царь. – А видеть не должен! Ты с Казанью воевать хотел? Так иди и воюй. Вперед, в дозоры, в Передовой полк самый дальний! Вперед, и чтобы глаза мои тебя не видели!

– Это как? – не понял Зверев. – Это я один, что ли, полк изображать буду?

– С холопами иди!

– Это тоже не полк, это полусотня получается. Ты хоть родичей со мной пошли, ополчение Великолукское.

– Быть посему!

– Почему Сакульский в старших?! – моментально вскинулись Федор Друцкий и еще двое бояр из ополчения. – Он Лисьин по рождению, негоже его с урожденными князьями ровнять!

– Не дуркуй!! – вспылив, стукнул кулаком по подлокотнику Иоанн. – Я так велю! Такова моя воля!

Ополченцы тут же стушевались и начали выбираться из присмиревшей от царского гнева толпы. Дальнейшие споры их уже не касались.

– Не грусти, Федор, – попытался обнять друга князь. – Зато теперь мы, считай, с Воротынскими и Нащокиными уравнялись. У них полк, и у нас полк. Они первый и второй воевода, и мы первый и второй.

– Не по праву ты выше меня сел, Андрей. Княгиня Полина из рода старшего выходит, да по отцу от ветви нашей младшей идет. Стало быть, и потомки родителей ее младше числятся. Сын бы ниже был, а ты, муж ее, князь, равным сыну идешь…

– Оно верно, что не по праву, – не стал вступать на скользкую и непонятную стезю Зверев. – По воле государевой. Нечто ты и с царем спорить станешь? Пошли лучше вина сладкого выпьем. Я угощаю. Ты вино горячее когда-нибудь пробовал?

Споры о местах длились не до темноты, как предполагал боярин Лисьин, и даже не весь день. Они шли целых четыре дня! Только к вечеру восемнадцатого марта наконец распределились все места по положенному старшинству, по заслугам и знатности князей и бояр.