Элоиза, королева магов

Темы об уехавшем в столицу сыне они старались не касаться, иначе Мария не могла сдержать тревожных слёз: а вдруг Лиама схватят церковники и тихо прикопают где-нибудь? О том думать совсем не хотелось и супруги старались поддерживать друг друга бодрыми взглядами, да отвлечёнными темами.

- Сегодня ещё прибыл один маг, - всё же нарушил затянувшееся молчание Питер, - и он совершенно необычный.

- И в чём его необычность? - спросила Мария, отводя взгляд от окошка, в котором уже стояло прозрачное стекло, кусочками, правда, но это не умаляло его ценности.

- Он может брать предмет и заключать в него магию.

Мария от услышанного всплеснула руками и прижала раскрытые ладони к щекам.

- Вот это да!

***

Корабль византийских принцев

Корабли двух принцев летели по синим волнам, отчего паруса широкими белоснежными крыльями развевались на тёплом ветру.

- Константин, - обратился к брату Михаил, подходя к нему и прислоняясь к поручням. - Как думаешь, какая она?

Константин сразу понял о ком именно его спрашивают и, осуждающе покачав головой, ответил:

- Не знаю, да и откуда мне знать, какой может быть принцесса Элоиза? Нашёл у кого спросить. По мне так наверняка весьма гордая и высокомерная особа. Все аристократы Англосаксии дерут нос выше неба.

Михаил помолчал, переваривая слова старшего брата.

- Нет, ты ошибаешься. Придумать хрусталь плохой человек не смог бы.

Константин заливисто рассеялся:

- Так ты думаешь, что хрустальную посуду выдумала принцесса? Ты совершеннейший мечтатель, Михаил, оторванный от реальной жизни! - фыркнув, добавил он. - Она, скорее всего, нашла золотого мастера, обогрела, засыпала своими милостями, вот он и расстарался. А ты присуждаешь Её Высочеству Элоизе такую великую заслугу. Мала она ещё.

- Даже если и так, - набычившись, упрямо выдвинул подбородок Михаил, - такого мастера ещё найти нужно, да в правильное русло направить...

- Погоди, - остановил его наследник престола и веско произнёс, - ты влюбился в образ, который сам себе и придумал.

Но договорить Константин не успел: раздался крик смотрового из вороньего гнезда[2]:

- Земля! Земля! Земля!

Некоторое время спустя корабли, один за другим, вошли в устье реки Северн.

- Сколько нам ещё плыть? - поинтересовался старший принц у капитана.

Тот, чуть поклонившись, спокойно ответил:

- По данным, предоставленным купцами, отсюда до Уолсолла несколько дней пути, Ваше Высочество.

Так и плыли пару дней, никуда не спеша в сторону желанного места.

- Тревожно мне что-то, - чуть скривившись, сказал Константин, - как-то тихо...

- Это странное замечание, брат, - на сей раз не преминул фыркнуть Михаил. - На многие мили вокруг никого нет. Вот и тихо.

- Я не это имел в виду, - сверкнул тёмными глазами старший. - Капитан Сервантес, будьте начеку.