Ребенок от магната, или Цена запретной страсти

— Послушайте, — я до боли в суставах сжала руль, — я не обязана вам помогать, черт возьми! Меня дома ждет маленький ребенок, и для меня важнее он, а не ваши капризы! Мне, по сути, плевать…

— Брат? — перебил Артур, открыв глаза.

— Вас это не касается!

— Ошибаешься, Злата. Если у тебя есть слабое место, то в первую очередь бить будут именно туда.

— Я не сделала ничего плохого!

— За добрые дела наказывают куда более изощреннее, — ухмыльнулся он, снова отворачиваясь к окну и погружаясь в свои мысли.

Ну и зачем мне нужны чужие проблемы, когда своих выше крыши?

Лента дороги убегала вперед, мелькая боковыми столбиками. Оставалась всего пара километров до нашего поселка, и я всерьез задумалась: стоит ли везти в дом раненого?

— Значит, нам надо распрощаться на этой дружественной ноте! Помогу завтра снять жилье, и на этом закончим.

— Не можешь дождаться, когда избавишься от меня? Я тебе настолько противен, что даже простая человеческая помощь в тягость? Напрягает?

Напрягает! Очень!

Только не в том смысле, как он вывернул. Мне не противно, мне…

Черт, это сложно!

Я думать рядом с этим мужчиной связно перестаю. Превращаюсь в какую-то желейную массу. Послушную марионетку!

Только вот вслух признаться в этом вряд ли решусь.

— Останови машину! — командным тоном отрезал Артур.

— Что? — очнулась, вырванная из тяжелых мыслей хлестким приказом.

— Останови, говорю!

Я сбросила скорость, притормаживая у обочины, чувствуя, что он снова начинает закипать.

Ну и что?

Ну и пусть!

Это по его вине я оказалась втянута в игры богатых на выживание!"

"— А теперь серьезно. Объясняю в последний раз, — меняя позу, поморщился Артур. Было видно, что малейшее движение причиняет ему боль. — Я могу прямо сейчас, прямо здесь выйти из машины и исчезнуть из твоей жизни. Я не сдохну. И не из таких передряг выпутывался. Думаешь, в меня первый раз стреляли? — Он вдохнул побольше воздуха, словно отгоняя старые воспоминания. — Ранение не смертельное. Выкарабкаюсь. Но рано или поздно те, кто пытался меня убрать, поймут, что промахнулись, что я жив, и начнут искать. А ищут такие люди очень хорошо, поверь! Им свидетели не нужны.

— На что ты намекаешь?

— Я не намекаю, я говорю прямо!

— Зачем им нужна я, если тебя рядом не будет? Зачем?!

— Ты меня не слышишь, — прошипел Артур, качая головой. — Или не хочешь слышать. Думаешь, будет проще, если избавишься от моего общества?

— Уверена! — выпалила я.

Меня действительно начинала подбешивать ответственность за чужие грехи, и я не сомневалась, что если сейчас наши пути разойдутся, то так будет лучше для обоих.

А еще меня дома ждал Сережа. И это волновало гораздо больше.