Магнат

"

"— Решил вот навестить доброго друга Мышляева, — с легкой аристократической небрежностью произнес я, пока он прятал «беленькую» в карман. — Слышал, он нездоров нынче. Дома ли он?

— Д-дома, ваше благородие, как не быть дома! — заикаясь, пролепетал он, кланяясь. — Третий этаж, квартира номер семь. Пожалуйте!

Мы поднялись по широкой, но стертой до блеска каменной лестнице.

Я же, чувствуя абсолютное спокойствие, подошел к массивной дубовой двери с медной табличкой и громко, уверенно постучал три раза костяшками пальцев.

Изнутри послышались шаркающие шаги. Замок щелкнул. Дверь приоткрылась, и на пороге появился Мышляев.

Он был в потертом шелковом халате, растрепанный, с желтоватым синяком под глазом. Правая рука действительно покоилась на черной шелковой перевязи.

Увидев меня, он застыл. Удивление на его лице сменилось недоумением, а затем — волной чистого, животного ужаса. Он побледнел так, что синяк под глазом стал казаться фиолетовым, и отшатнулся в глубь квартиры.

— Ты⁈ — только и смог выдохнуть он.

Глава 11

Глава 11

Я спокойно улыбнулся и сказал одно слово:

— Я.

Реакция была мгновенной. Лицо Мышляева исказилось, и он со всей силы попытался захлопнуть тяжелую дверь прямо у меня перед носом. Но я был готов. Моя нога уже стояла в проеме, и дубовая створка с глухим стуком врезалась в нее, не сдвинувшись ни на вершок.

— Не будьте так негостеприимны, — все с той же улыбкой произнес я. — Давайте поговорим.

— Мне не о чем с вами говорить! Убирайтесь! — прошипел он, пытаясь навалиться на дверь.

— Ну зачем же так. — Мой голос стал тихим и вкрадчивым. Я мельком взглянул на его перевязь. — Мы можем поговорить сейчас по-хорошему. Или мне для начала сломать вам что-нибудь еще для большей сговорчивости? Например, другую руку. Выбирайте.

Его взгляд метнулся за мою спину. Там, на лестничной площадке, он увидел еще двоих. Этого было достаточно.

— Чтоб ты провалился… — пробормотал он, отступая в глубь квартиры.

Я вошел первым. Но не стал закрывать дверь. Вместо этого коротко кивнул своим спутникам. Изя, нервно сжимая в руках шляпу, прошмыгнул следом. За ним, тяжело и уверенно ступая, вошел охранник и молча притворил за собой дверь, встав у самого входа. Его фигура полностью заслонила путь к отступлению.

Квартира встретила меня запахом застоявшегося табачного дыма и пролитого вина. Показная роскошь: тяжелые бархатные портьеры, резная мебель красного дерева — соседствовала с откровенным запустением. На позолоченном столике стояли пустые бутылки и грязные бокалы, на полу валялись игральные карты, и на всем лежал тонкий слой пыли.

Я, не дожидаясь приглашения, опустился в одно из кресел. Мышляев остался стоять посреди комнаты, глядя то на меня, то на грозную фигуру охранника у двери.