Магнат

Они легче проектных — почти по фунту на каждый погонный фут! С виду незаметно, но в масштабах всех дорог это тысячи пудов украденного металла и чудовищная потеря прочности! Тяжелый воинский эшелон их просто сплющит! Я хотел взять фрагменты, задокументировать все… Но нас просто вышвырнули.

— Кто? — коротко спросил я.

— Местные подрядчики. Или, скорее, их надсмотрщики. Когда мы появились у моста с нашими инструментами, прибыло несколько дюжих молодцов. Предводитель — некий француз по фамилии Дюбуа. Он порвал циркуляр генерала Мельникова и швырнул мне его в лицо! Вы представляете? Заявил, что это их частная территория, и чтобы мы убирались, пока наши теодолиты «не засунули нам в одно место».

Лицо профессора исказила гримаса боли от пережитого унижения.

— Они угрожают моим студентам! Один из этих… головорезов… схватил за грудки юношу, который пытался сфотографировать опору моста дагерротипом, и пообещал утопить его вместе с аппаратом в Двине. Что я мог сделать? Нас было семеро против дюжины бандитов! Нам пришлось отступить!

Он сник, опустив плечи. Вся его научная спесь, все его достоинства были растоптаны грубой силой.

Я молчал, глядя на этого сломленного человека. Разведка боем проведена. Данные получены. Противник отмечает свои позиции и методы.

Я перевел взгляд на Рекунова. Тот стоял не шелохнувшись, но я знал, что он слышал каждое слово и теперь ждал указаний.

Разделив наши скромные силы, я отправил Рекунова на разведку вместе с одним из студентов. Задача была проста: не вступая в конфликт, выяснить, где именно квартира сего доблестного господина, месье Дюбуа. Студент нужен был для опознания. Сам же я вместе с Изей направился в ближайший трактир — источник не только скверной водки, но и зачастую самой достоверной информации."

"Заведение носило громкое имя «Варшава», но представляло собой убогую корчму, где в воздухе висел густой, неистребимый запах влажной овчины, прокисшего пива, пережаренного лука и тоски. За твердой стойкой стоял невысокий, суетливый человечек с печальными, как у бассета, глазами, но цепким, оценивающим взглядом. На его сюртуке блестело сальное пятно, а под носом росли редкие рыжеватые усики.

— Смотри, Курила, и учись, как надо делать гешефт из воздуха! — многозначительно проговорил Изя, зорко осматриваясь по сторонам.