Магистр из зазеркалья

Источником оказалось пресловутое зеркало, и яркость свечения всё набирала силу.

— Ай! — оно брызнуло осколками и пара из них меня задела — на коже предплечья красовались набухающие кровью росчерки.

Время застыло. Стеклянное крошево зависло. Мелкие алые капли парили, словно в невесомости.

В одно мгновение всё пришло в движение: воздух закрутился, зеркало с сухим звуком сыпало осколками, тут же зависающими в воздухе и закручивающимися в спираль.

— А ты переживал! Не поминай лихом, — я порывисто обняла Дария, неловко всунула ему в руки фотографию и рванула к двери.

К чёрту! Мне издесьнравится.

Оставалось совсем немного до выхода — только протяни руку.

Но…

Я стиснула зубы и, до боли в груди, безуспешно перебирала ногами на месте и не могла сдвинуться. Словно на беговой дорожке.

Меня медленно притягивало к пузырящейся ртутью глади, которая уже «засосала» Дария.

— Не-ет! — мышцы свело, и я потеряла дар речи. Перед глазами заплясали чёрные пятна.

Сбывался мой худший кошмар, который преследовал по ночам. Я тщетно пыталась сделать вдох: в груди горел пожар, а сердце колотилось так, словно хотело пробить грудную клетку.

Дёрнулась, словно муха, попавшая в паутину, когда на моём запястье сомкнулись железной хваткой чьи-то пальцы.

Кинула последний взгляд на комнату сквозь радужные разводы плёнки и…

Меня поглотила темнота…

Глава 13. Тереза

Сознание возвращалось медленно.

Издалека доносился голос, звавший по имени. Осторожные похлопывания по щекам заставили вынырнуть из вязкого темного марева.

С трудом подняла свинцовые веки — надо мной коршуном завис Дарий. Его очки немного погнулись, а одно стекло пересекала трещина. Над головой мужчины шелестела листва, сквозь которую пробивалось яркое солнце.

Осторожно повернула голову и осмотрелась. Спасибо, что лежала у необъятного ствола раскидистого дерева: если так печёт в тени, то страшно даже выходить на открытое солнце.

Трели неизвестных птиц дрелью ввинчивались прямо в мозг. Шевельнула пальцами и под ногти мгновенно забилась земля.

— Тереза, как себя чувствуешь?

Я прислушалась к себе, облизнула губы и пожаловалась:

— Тело болит. Тошнит. И голова кружится… — во рту пересохло и каждое слово давалось с трудом.

Дарий поднес к губам невесть откуда взятую пустую ракушку. Огромную!

— Пей. Должно стать легче.

— Что это? — настороженно уставилась на него.

— Всего лишь вода, — криво улыбнулся. — Неподалеку ручей.

Я, не сводя с него взгляда, жадно выпила. И мне показалось до обидного мало.

— Дар, где мы? Что произошло?

— Я выгляжу по прежнему? — он сжал губы в куриную жопку. — Не знаю. Но разберусь.

Он боком, болезненно морщась, уселся рядом со мной и опёрся спиной на ствол дерева.