Магия уборки

Папа увлекался магической реставрацией, после его вмешательства краски на портретах восстанавливались, потускневшие вещи начинали блестеть, как новенькие. А еще он умел магией находить следы даже внешне оттертой и отстиранной крови, проявлял ее. Так что я слышала, что время от времени папа помогал стражам прямо на месте преступления или проверяя вещи обвиняемого.

Я уткнулась в чашку с чаем. Разговор о родителях до сих пор остается для меня тяжелым.

— К сожалению, по трупу из особняка Виранов мы так ничего и не накопали. Некромант, чтоб его, делиться информацией не хочет и ушел в несознанку: ничего не видел, ничего не знаю, — мужчина зло подергал себя за бороду.

— Может, он действительно ни при чем? — осторожно спросила я.

— Может, и ни при чем. А может, и при чем. — Капитану Эйдан явно не нравился. — Эти некроманты… вы же знаете, что в тот раз выброс темной энергии произошел из их дома? — Я кивнула, чего уж скрывать?

— Но ведь их вина не доказана. — Мне бы тоже хотелось найти виновного и спать спокойно. Но именно виновного, а не случайных людей, на которых так удобно было бы все спихнуть.

— То, что ничего не обнародовали, еще не значит, что не доказали, — весомо заметил капитан. — Понятно, что некроманты — главные ликвидаторы прорывов темной энергии, они лучше других магов с этим справляются. Но, поговаривают, и с катушек слетают быстрее. Вон двое братьев-то сгинули, и третий, по слухам, тоже на каждый прорыв кидался.

— В каком смысле? — Чашка моя давно и как-то незаметно опустела, но я продолжала держать ее в руках, используя это как предлог, чтобы подольше продолжать разговор.

— В таком, что навел я справки у армейских сослуживцев. Эйдан Виран каждый раз отчаянно сражался. И братья его себя не жалели, особенно старший, по слухам, он был невероятной силы некромант. Это, безусловно, похвально, но не пытались ли они так смыть грешки семьи?

Капитан снова провел крупной волосатой рукой по бороде.

— Так что понимаю, что работа и деньги с неба не сыплются, но постарайся держаться от него подальше. — Задумавшись, капитан и не заметил, как перешел на «ты». Поправлять его я не стала, прозвучало это так тепло и по-отцовски, да и капитан по возрасту вполне годился мне в отцы. И моего папу знал…

А теперь я пью с ним чай, а в кармане у меня лежит отломанный палец неизвестного пока трупа…

— Я постараюсь. — Врать очень плохо, меня этому с детства учили. Но здесь явно не тот случай, чтобы сказать правду.

— Спасибо тебе еще раз за уборку, — улыбнулся капитан Сандерс.

— А вам за чай и вкусные конфеты, — улыбнулась в ответ я.

На прощание мужчина высыпал мне в ладонь все оставшиеся на тарелке сладости со словами, что мне они точно не повредят.

Из отделения стражи я выходила в смешанных чувствах.