Магия любви

Комедия! Девчонка проходу не дает, а бить будут его!

— Никаких планов, — сказал он весьма выразительно.

— Почему-то я тебе не верю, — ответил Джеймс.

— А разве танцевать с ней — преступление?

— Преступление то, как ты на нее смотришь. Уоррен заскрежетал зубами. Она говорила ему, что кто-нибудь заметит. Но почему заметили именно эти двое! Он решил оправдаться:

— Я просто задумался, Мэлори, Взгляды, которые я бросаю на людей, не имеют отношения к кому бы то ни было.

Это было чистой правдой, хотя в последнем случае не совсем. Черт побери, он чувствовал себя желторотым юнцом, которого застали на месте преступления. А ведь самое смешное, что он всего лишь пытался отвадить от себя девчонку да думал о ней больше, чем она того стоит. А еще он чуть не переспал с ней на середине большака! Соблазнительные картины теснились у него перед глазами.

В это время подал голос Энтони:

— Как мне ни жаль, но это возможно, Джеймс.

— Да, пожалуй, — согласился Джеймс, хотя все-таки спросил Уоррена:

— Значит, она тебе совсем не нравится?

— Я этого не говорил, — с удивлением услышал Уоррен собственный голос.

— Неправильный ответ, янки.

За эту маленькую часть правды Уоррен был отброшен к стене. На этот раз он ударился головой, и гнев его стал неудержимо расти."

"— Вы хотите, чтобы я отрицал то, что она невероятно красива? — проговорил он сквозь зубы. — Надо быть живым трупом, чтобы этого не заметить. Убери свои руки.

Джеймс рук не убрал, но тон его стал несколько мягче, когда он сказал:

— Она слишком молода, чтобы ты замечал ее красоту. Уоррен согласился бы, если бы это был кто-нибудь другой.

— Не тебе об этом говорить. Джорджи была немногим старше Эми, а ты старше, чем я.

Джеймс был старше Уоррена только на год, а Эми моложе Джорджины на четыре.

Энтони предложил:

— Надо поправить ему зрение, чтобы не видел того, чего не должен видеть. Я буду счастлив этим заняться, если ты боишься гнева жены.

— Ничего, пока с него этого достаточно.

И тут Уоррен, к сожалению, больше не выдержал.

— Но это какой-то бред, — взорвался он. — Я сказал вам, что у меня нет на нее видов, но, если вы хотите уберечь ее невинность, сажайте племянницу поскорее под замок. Может, тогда она меня оставит в покое.

— Что это, черт побери, значит?! — воскликнул Джеймс.

— Это значит, что малышка вешается на меня при каждом удобном и неудобном случае.

— Погоди! — закричал Энтони. — Дай мне посмеяться вдоволь, прежде чем кинешься в наступление.

Джеймс, однако, не был столь легкомысленно настроен, — Ты с ума сошел! Ты все это придумал, чтобы улизнуть из наших рук. Тебе это просто показалось, и ты решил, что в улыбках и взглядах молодой девушки скрыто нечто большее, чем дружелюбие.

Уоррен вздохнул. Не надо было этого говорить.