Магия льда для чайников

Чем меньше расхождений в свидетельствах, тем лучше.

— Рядом что-то видела странное? Возможно, следы? Или ямы? — переспросил наследник.

— Ничего такого! — замотала головой поспешно.

Не хватало еще вывести его на схрон собственными руками!

— А о чем говорили те, к кому тебя привезли?

Вот тут аккуратнее. Намеками.

— Сказали что-то про артефакты. Что им нужна была именно водница. Уточняли, в порядке ли я. Но зачем им могла понадобиться моя магия? Она же ни к чему не пригодна!

И наивными голубыми глазками воззрилась на парня.

Юный Рекинс с силой потер лицо ладонями.

— Я догадывался. Но не хотел верить. Прости.

Извинения от сына убитых мною людей застали меня врасплох.

— О чем вы? — пролепетала с искренним изумлением.

— Неважно.

Он потряс головой, как пес после купания, и поднялся. Сходил к шкафу, достал оттуда увесистый мешочек и пухлый конверт, положил оба передо мной.

Сел.

— Здесь дарственная на небольшой участок земли на окраине города. Он не слишком обширен, зато есть старый дом и река недалеко. Я слышал, ты любишь соленого сига. Лицензия на отлов и продажу прилагается.

О, вижу, он и в приюте побывать успел. И сделал однозначные выводы, не слишком-то поверив в мои преступные наклонности.

Кому, как не магу воды, ловить рыбу голыми руками? Точнее, голой силой.

Я опасливо воззрилась на господина Рекинса.

Не кроется ли здесь подвох?

Слишком уж все хорошо складывается, чтобы быть правдой.

Если Альвиг верит в историю о выкинутой в снег дурочке, то зачем расщедрился? Такая будет счастлива и тому, что вообще выжила.

А если не верит и подозревает что-то…

Это его извинения?

За похищение и попытку убийства?

За всех уничтоженных его родителями водников?

Помню, госпожа Рекинс упоминала об участии ее сына в расследовании.

Что, если он остановился не потому, что ничего не нашел, а потому, что как раз нашел? И ему это очень не понравилось?

Сдавать родных мать и отца властям он не решился. Да и вряд ли бы ему кто-то поверил.

А вот так компенсировать моральный ущерб единственной выжившей, утешив свою совесть, — вполне возможно.

— Дарственная? — осторожно уточнила, вытаращившись на парня с изумлением. — На участок? Мне?! За что?

Отказываться не собиралась, разумеется. Но принять без лишних вопросов как-то странновато. Получается, я знаю, за что передо мной извиняются.

А этого показывать нельзя.

— Поддержка сирот-водников, — выкрутился молодой Рекинс. — Вам с братом сейчас не на кого положиться. Тебя выгнали из приюта, лишив шанса устроиться в «Королевских кущах», а ведь потенциал у тебя неплохой.

Точно был в приюте. Не только переговорил с работниками, но и досконально записи наставников изучил. Силу я не скрывала, семерка официально за мной зафиксирована.

Наши взгляды встретились.