Магия книгоходцев

Только стоял, огрызался и постоянно косился на пол. Кстати, что он там украсть-то пытался?

Я перевела взгляд вниз. Книжка как книжка, на иностранном языке, обложка ярко-красная, в центре рисунок города: обычные многоэтажки, машины на дороге. Наверное, современный детектив. Быстро глянув на пацана, я опустила швабру и собралась подтянуть ею книгу к себе. Воришка дернулся и рявкнул:

– А ну не трожь! Руки выдерну!

– А шваброй в глаз?!

– Дурында! Не знаешь, куда лезешь, вот и катись отсюда, пока цела!

– А в другой глаз?! – И я выставила свое страшное оружие вперед.

Парень отчетливо скрипнул зубами, но так как я оставила попытки подтащить книгу к себе, нападать на меня не стал. Хотя, будучи справедливой, надо признать – он прав, причем на все сто процентов. Я и правда по сравнению с ним мелкая. Если бы он захотел, смял бы меня в одно мгновение. Хотя он был выше меня всего на голову, но размах плеч внушал уважение. Это я на адреналине сейчас была такая храбрая и наглая.

Прикрыв глаза, светловолосый неудачник несколько раз глубоко вздохнул, успокаиваясь. Потом посмотрел на меня и спросил:

– Тебя как звать, проныра?

– От проныры слышу! – огрызнулась я и назвалась: – Кира.

– Кира, слушай, – заговорил он. – Даю тебе слово чести, что я не вор и не пытался украсть книги из вашей библиотеки. Мне просто не повезло, и ты меня застукала. Но это моя книга, и к вашим она никакого отношения не имеет. У меня тут… – он помялся, – встреча назначена.

– Чудненько! – кивнула я. – Вот, значит, я сейчас и прослежу, кто это тут с кем встречается в такое время. И прежде чем отдать тебе книгу, проверю, чтобы на ней отсутствовал штамп нашей библиотеки. А полицию, так и быть, вызывать не стану.

– Вот спасибо! – скривился пацан так, словно лимона откусил. – А может, ты посидишь у себя в конуре и чая попьешь?

– Тупица! Я тебе что, собака? Не в конуре, а в каморке!

– Нет, ты хуже! – обреченно вздохнул он. – Ну за что мне такое невезение, а?

Он страдальчески закатил глаза, а я философски пожала плечами. Заслужил, наверное. Мне тоже не улыбается тут с ним ругаться. Я вообще так устала за день, что мечтала только о покое и отдыхе, а тут он…

– Федоил, – через долгую паузу сказал воришка.

– Чё? – не поняла я.

– Не чё, а звать меня так – Федоил, – сверкнув глазами, пояснил он.

– Ну здоро́во, Федя, – отозвалась я и переступила на месте. Стоять со шваброй наперевес было не так чтобы легко, и руки уже ощутимо устали.

– Федоил!

– Так я и говорю – Федя!

Мы померились взглядами, но попыток ругаться дальше ни он, ни я не предпринимали. Сколько можно-то?"

"Прошла минута, другая, и тут я заметила, что Федя как-то нервно косится на часы, висящие на стене. Но поворачивать голову и тоже смотреть на время не стала, а то кто его, этого ненормального, знает. Еще нападет на меня.