Магия горит

Такая услуга всегда пригодится. Даже если рива попадет в его загребущие ручонки, он примется испытывать тварь, стараясь определить, насколько она сильна. А та, как только получит серьезные повреждения, превратится в лужу слизи.

– Гастек пообещал мне услугу за содействие. Есть какой-нибудь бланк, чтобы задокументировать наше соглашение письменно?

– Хочешь, чтобы я подписал договор? – вмешался Гастек.

Вампир разразился чередой задушенных хрипов, и до меня дошло, что он попытался воспроизвести смех хозяина.

В кабинет вошел Дерек. Он прислонился к стене, скрестив на груди руки.

– Твой товарищ все еще жив, – заметил Гастек, просматривая документы. – Надо же…

Подпись Гастека в точности соответствовала росчерку на документах, завизированных им лично. Сей факт свидетельствовал о том, что он полностью контролирует кровососа. Это куда круче, чем просто заставить ползать по стенам или размахивать когтями. Я нехотя восхитилась уровнем его профессионализма – от повелителя мертвых у меня мурашки по коже бегали.

– Я весь внимание, – сказал он, как только Максин унесла бумаги к себе.

– Пару дней назад пропал любительский ковен. Ведьмы исчезли прямо с шабаша в расщелине под Ульем. Я пришла туда по другому заданию и обнаружила бездонную дыру, море остаточной некромантской магии и реки крови. А вот тел не было.

– Я подобрала дочь одной из ведьм.

– Та девочка, что забегала в кабинет незадолго до тебя? Не хотел ее пугать.

– Да. – Ни к чему объяснять, что у Джули вампирофобия, а поскольку магия ушла, уловить энергетику нежити малышка не сумела. Чтобы Гастек не начал ничего додумывать, добавила: – Она попросила меня о помощи, и я предоставила ей защиту ордена. Потом забрала девочку к себе, а ночью на нас напали.

– Сколько было нападавших?

– Трое, не считая погонщика.

– У них был погонщик? – напрягся Гастек.

Я описала пастыря Блогора, заострив внимание на щупальцах, подробно описала рив и их волосы, когти и токсичную слизь на упомянутых когтях. Объяснила про морского демона, хотя о том, откуда информация, умолчала. Могла бы скрыть от Гастека экстравагантные особенности процесса гибели тварей, но сделка есть сделка, поэтому я выложила все начистоту: детально поведала, как они превращаются в жижу.

Зато историю о том, как сама едва не умерла, отредактировала, сократив до «получила удар в спину, отправила риву на тот свет и позвонила помощнику, который и доставил меня к целителю». Главное, почти не соврала. Насколько мне известно, никто не догадывался о том, что я могу подчинять вампиров, и для моей же безопасности лучше сохранить информацию в тайне.

Пока Гастек переваривал информацию, упырь изображал статую. Племя считает, будто у них монополия на занятия некромантией.