Магия белых ночей (сборник)

А Стелле отныне придётся признать: нельзя говорить «кыш» моему молодому человеку. Пусть он даже и не совсем человек.

Заезжий двор колдуньи… на Неве

Из окна заезжего двора в Мытнинском переулке вид на заснеженную Петропавловскую крепость открывался дивный. Именно из него Анна Тимофеевна Собольская наблюдала, как от дверей её заведения в сторону набережной Невы отъезжает пролётка. Там она переберётся по мосту на другую сторону и прибудет в управу благочиния с докладом о том, что опять от Собольской они не добились правды.

Вошедшая в кабинет девушка в переднике и с двумя толстыми косами вокруг головы внесла поднос с цветастым чайным набором и сказала:

– Ох, Анна Тимофеевна, голубушка, доконают они вас. Вы так молоды, а столько мороки от них выносите.

– Не доконают, Акулина, – строго отозвалась Анна Тимофеевна и расправила оборки на широкой юбке пыльно-голубого платья. – Уж сколько раз присылали они своих ищеек. Да всё пустое. Нет у них ни свидетелей, ни доказательств.

Акулина быстро расставила чайные принадлежности на столе и налила в чашку душистого отвара из ромашки.

– Не скажите, Анна Тимофеевна, – сказала она. – Когда я выпроваживала этих несносных околоточных надзирателей, слыхала, как они друг с дружкой разговаривали. Так вот один другому сказал, что к ним на завтра приезжает какой-то важный полицмейстер по делам чудесным. Вот так-то, Анна Тимофеевна.

Анна Собольская, высокая девушка, на вид восемнадцати лет, с волосами цвета воронова крыла, убранными в высокую причёску, и соболиными бровями, полицмейстеров повидала немало. Частенько они наведывались в её заезжий двор по жалобам соседей. Одни доносили кляузы, будто из трубы её дома дым дюже чёрный, другие сетовали на странные звуки, а третьи и вовсе обвиняли в полётах на метле и связи с нечистым.

Всё это, естественно, было чистой воды клеветой. Во-первых, дым из трубы черноты шёл ровно такой же, какой положено. Во-вторых, какие звуки могут происходить из заезжего двора, где на постой прибывают гости самой разной формации? А что касается полётов на метле, так она всегда предпочитала удобство, поэтому летала исключительно в горшке и всегда вылетала с внутреннего дворика, да к тому же под незримым пологом.

А гости тем временем у неё всегда сыты, обогреты и довольны. Никто и слова дурного не скажет. Так что и в этот раз околоточные надзиратели по жалобе на занятия колдовством ушли ни с чем.

Но весть о прибытии нового полицмейстера, да ещё и того, который знает о делах колдовских, Анну Тимофеевну озадачила. Пятнадцать лет она живёт в Мытнинском переулке после того, как переехала с Васильевского острова. По приказу императора там решили ставить новые постройки, а для этого стали сносить старые. Под снос попал и дом Анны.