Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии

Выжжешь воду и все. Нужен другой способ. — Даррел махнул рукой, и из воды медленно начал формироваться ледяной плот. Его прибило к берегу, и принц первым взошел на него, а затем подал мне руку. Я несмело вложила пальцы в его ладонь, отчего-то вспомнив, как мы танцевали, взошла на плот, и мы неспешно поплыли к островку посредине озера — тому самому, на котором стояла беседка.

— Хочешь меня там закопать? — продолжала веселиться я.

— Я этим не занимаюсь, — ответил Даррел. — По крайней мере, лично.

Наш плот причалил к  берегу. Мы оказались посредине не застывающего зимой озера, подернутого молочной дымкой, рядом с ажурной беседкой.

— Дай свою руку, — велел Даррел, встав напротив меня.

— Зачем? — удивлённо спросила я.

— Да почему ты вечно со мной споришь, — рассердился он. — Дай руку и не задавай лишних вопросов!

— А вдруг…

— Руку, Изабелль Бертейл! — почти прорычал принц.

— Я уже Ардер, — скромно поправила его я.

— Без разницы. Руку.

— Держи. Только не целуй, не хочу мыть ее в воде, она холодная, — вырвалось у меня против воли.

— Характер у тебя все же скверный, девчонка.

С этими словами Даррел закатал рукав и прижал мою ладонь к своему запястью — широкому и крепкому. Я вдруг ощутила его пульс под своими пальцами, и вздрогнула. Сердце принца билось часто. И на мгновение вдруг я почувствовала власть над его сердцем. Будто бы от меня зависит — будет ли оно биться чаще или же остановиться.

Его плечи вздрогнули словно от боли, и он резко убрал мою ладонь. На его коже сиял знакомый замысловатый знак — овал с заключенными внутри его символами древней магической клинописи. Только на этот раз знак светился алым, а не голубым.

Это была печать клятвы, которую Даррел добровольно поставил себе с моей помощью. Дал себя заклеймить.

— Что это? — потрясенно прошептала я.

— То, что я пообещал. Сказал же — теперь я твой должник. И я верну свой долг, — тихим, но наполненным уверенностью голосом ответил Даррел. — Ты спасла меня. Жизнь — за жизнь.

Снег за нашими спинами взметнулся в воздух серебряными искрами. И засверкал.

Глава 28

Что-то неуловимо изменилось.

Мы смотрели друг на друга, не понимая, что происходит. Почему этот миг наполнен звенящей тишиной и светом, что осторожно проникал в наши души. Отчего сердце вдруг стало пропускать удары. И зачем так ярко стало светить утреннее зимнее солнце.

Я впервые видела глаза Даррела так близко. Они были серыми, но в них не было холодности северных морей или ярости стального блеска клинков. Напротив, они казались теплыми, а взгляд — мягким и светящимся.

Время замерло. На мгновение, пронизывающее на миг душу, я вдруг ощутила нечто странное — словно попало в давно забытое, но родное место. К забытому, но родному человеку. Его лицо стерлось из памяти, но взгляд… взгляд я помнила.