Магическая Москва

Раз…

Еще одна фигура. Высокая и быстро приближающаяся. Андрей Васильевич?

Негатор ворвался в помещение, ведя за собой еще каких-то людей. От него что-то словно бы расходилось в разные стороны, заполняя зал.

Что-то болезненное: один из охранников пошатнулся, а второй и вовсе осел на пол.

Спустя мгновение «что-то» добиралось и до нее, и Инга ощутила глухую боль внутри. Такую же, как в котельной, только куда более яркую и сильную, отдающуюся в зубы и расходящуюся волнами по телу.

Ладонь оторвалась от ее виска. Ноль разжал руку и попятился, отпуская ее.

– Работайте, быстро, – рявкнул Андрей Васильевич, направляясь к макету. – Алешин, за мной.

Оставшиеся на ногах охранники устремились к Климу, едва стоящему на ногах и сжимающему собственные виски. Его скрутили и утащили прочь.

Инга пошатнулась. Боль не хотела исчезать, пробираясь куда-то в центр груди и усиливаясь, усиливаясь... Мир перед глазами почему-то потерял четкость, но эмпат все же сумела различить, что Андрей Васильевич унес ту коробку, которую Клим спрятал в макете фабрики. Заметила она и как охранники уводят из помещения что-то говорившего Ноля.

Странные, неприятно режущие глаза краски изменили все вокруг, расцвечивая мир причудливым образом. Инга почувствовала, что падает, и попыталась ухватиться за обитую бархатом скамейку.

Рука встретила пустоту.

Мир стремительно размывался, превращаюсь в кашу из слов, звуков и мыслей. Отдельные звуки, цвета и ощущения не удавалось собрать воедино.

Лай? Кто-то звал по имени? Кажется…

Мужчина… Павел? Незнакомая женщина. Неприятный запах, бьющий в ноздри, и звуки, складывающиеся в слова, в которых не было никакого смысла.

– Криво снятый блок...

– П-перезагрузка… сейчас.

– Или она умрет, т-ты видишь п-показатели. Я с-справлюсь с ассистированием.

Павел? Это он говорил?

– Паша, будет отторжение – тебя размажет. У тебя нет подготовки, ты сам вымотан до предела. Нужно к нам…

Страх. Женщина боится. За него, Павла?

– Ты обещаешь, что она выдержит п-путь? В-вижу, что н-нет. Д-делай, что н-надо. Сейчас.

Тоже страх, но иной.

– Я в курсе. Д-делай, говорю! Андрей все п-подпишет.

Больно, как больно! Огонь жжет, жжет изнутри…

Кажется, ее передвигают.

Кто-то что-то говорит. Говорит… И огонь уходит. Уходит, подчиняясь словам. Исчезает, словно его и не было.

Инга попыталась вдохнуть, пользуясь передышкой.

Секунда покоя – и огонь вернулся. Не огонь – сила. Сила, невесть откуда взявшаяся и теперь текущая по телу, по венам, по коже, по рукам и ногам, пронизывающая все внутри. Сила, которую нужно принять, с которой нужно смириться, которой нужно дать…

Инге хотелось просто взять и отбросить все прочь. Прочь, куда подальше…

Но это – так же, как оторвать от себя руку или ногу. Это ведь ее! Ее сила. Да и там, «подальше», кто-то был.