Магацитлы

– Что смешного я сказала?

– Не обижайся, я просто подумал, что кража «голема» уже не будет иметь никакого значения в свете того, что мы затеяли. Одним гео[3] больше, одним меньше – какая разница? Наказание будет одинаковым.

Настя сдвинула брови, подумала, улыбнулась.

– Такой подход мне нравится больше. Хотя мы ничего не крадем, а заимствуем для дела. Ты «голем» когда-нибудь пилотировал?

– Не приходилось. Но ведь в него встроен инк-контур…

– Я тоже так думаю. Справимся.

Настя, обтянутая бело-серебристым «чулком» уника, с турелью универсала на плече, подошла к тетраэдру «голема»."

"Этот транспортно-защитный комплекс создавался для работы в любых агрессивных средах и экстремальных условиях. Он мог окунаться в звезды, выдерживать колоссальные давления и поля тяготения, защищал пилота от ледяного дыхания открытого космоса и от любого вида оружия, кроме разве что компактификаторов и дриммеров. «Голем», хранившийся в лаборатории Григория Белого, был устаревшего образца, нынешние комплекты абсолютной защиты умещались на поясе компенсационного костюма, но он оказался в рабочем состоянии, имел приличный энергозапас и мог стартовать в любой момент. Для чего его хранил дед Насти полностью готовым к полету, было неизвестно. Возможно, Белый-старший перестраховывался, помня нюансы прошлого противостояния землян и Игроков.

Инк «голема» не был заблокирован и спокойно запустил в чрево аппарата двух пассажиров. Рассчитан «голем» был на одного пилота, однако его внутренний операционный объем вмещал и двоих и, при известном усилии, и троих людей.

Включилась обратная связь.

«Приветствую вас на борту аварийно-спасательной капсулы номер сто тринадцать «гамма», – раздался в головах пассажиров мягкий мысленный «баритон» инка. – Готов принять вводную. Кто из вас драйвер-прима?»

– Я! – вслух заявила Настя. Повернула голову к Тарасу, добавила дипломатично: – Если ты не возражаешь.

Он не возражал.

«Квалитет ответственности принят. Слушаю вас».

– Аккуратно займи стартовую камеру универа. Процедура стандартная – выход на «струну» трансгресса. Затем трансгресс десантирует нас в нужный инвариант, где начнется работа. Выход в космос – в режиме «инкогнито».

«Вводную принял».

Стенки внутренней камеры «голема» растаяли, давая возможность пассажирам видеть все, что делается вокруг. Аппарат изменил форму, жидкой металлической каплей скользнул к открытой мембране универа, задержался на мгновение и влился в отверстие люка.

Потемнело. Однако тотчас же внутренняя полость универа озарилась нежным опаловым светом, стали видны похожие на дольки апельсина стенки устройства.

– Установи связь с инком универа.

Секунда, другая…

«Слушаю вас, – раздался в ушах молодых людей ровный мыслеголос инка универа.