Магацитлы

Пролетев по воздуху несколько метров, Настя упала лицом вниз и застыла неподвижно. Высокий скользнул к ней, намереваясь завершить бой добивающим ударом, но снова споткнулся о Тараса и вынужден был отвлечься на короткую схватку с ним. Справился, сильнейшим ударом сломал ему руку.

Снова повернулся к Насте, пытавшейся подняться. Пробормотал:

– Не люблю упрямых девиц, люблю податливых…

Настя внезапно сама кинулась к нему, провела неожиданно сильный прием, больно задев мышцы шеи. Разозлившийся Высокий ответил жестоким «броском удава», сдавливающим тело до разрыва мышц и позвоночника, и девушка снова потеряла сознание.

– Браво! – раздался сзади чей-то мрачный голос. – Вы отлично справились с детьми, господин Мвысу.

Высокий дернулся, стремительно отскакивая, оглянулся.

В зале императив-центра появились два текуче-прозрачных «призрака». Выключили системы маскировки, превратились в мужчин в горбатых спецкостюмах с турелями «универсалов» на плечах. Один был черноволос, с голубыми глазами, в которых плавились сдерживаемая холодная ярость и презрение. Второй, такой же широкоплечий, чуть повыше ростом, совсем безволосый, темнолицый и черноглазый, смотрел на Высокого с таким красноречивым обещанием, что тому стало не по себе.

– Жданов!.. – пробормотал попутчик Лося.

– Он самый, – угрюмо кивнул Павел, покосился на спутника. – Посмотри, что там с ребятами.

– Я бы поговорил с ним…

– Сам разберусь.

Белый подошел к Насте, склонился над ней. Достал переносной автомед из ранца, включил диагностер."

"Высокий быстро огляделся, метнулся было к играющему огнями вириалу, но трасса ослепительно-красных звездочек, прочертившая воздух у него перед носом, заставила беглеца остановиться. Звездочки вонзились в стену зала, взорвались, превращаясь в яркие огненные тюльпаны, прожгли в стене дюжину дыр размером с человеческую голову.

– Не спеши, – с расстановкой сказал Павел. – Поговорим сначала.

– Вооруженный безоружному не собеседник, – бросил Высокий, кусая губы. – Если не трус – давай поговорим без арсеналов.

– Подержи его под прицелом, – оглянулся Белый. – Я сейчас.

– Как ребята?

– Живы, хотя раны серьезные. Их спасло то, что здесь не земная сила тяжести. Будь удары побыстрее…

– Понял. – Жданов подумал и стал снимать «кокос». Остался в тонком миткалевом трико голубого цвета с муаровым древесным рисунком.

Высокий, подобравшись, как перед прыжком, наблюдал за ним, раздувая ноздри. Проговорил сквозь зубы:

– Не боишься, что проиграешь, старик? Тебе ведь под семьдесят. Мне бы помоложе кого.

– Посмотрим, – скупо ответил Павел.

– Не дури, – недовольно сказал Белый. – Он недостоин мастер-класса.

Павел шагнул к противнику, обманчиво неуклюжий, расслабленный и медлительный.