Ловушка для серого мага (СИ)

Касаюсь затылка, тот вспыхивает болью:

- Ох!

- Как ты?

Сочувственный голос Шайри. Вздрагиваю, в памяти всплывает лес, погоня, злобная гримаса на лице девушки. Открываю глаза. Растерянно смотрю на полутемную пещерку. Небольшой костер, окруженный крупными камнями, неприятно трещит сырыми ветками, тени весело играют в прятки в углублениях невысокого свода и выступах стен, очень похожих на столбы. Снаружи доносится вкрадчивый шепот дождя.

Приподнимаюсь, ощущая ломоту во всем теле. Ложем мне служит половина огромного ствола. И снова на меня накатывает волна боли, нос совсем не дышит, глаза слезятся, грудь словно тисками сдавило.

- Спасибо, хреново, - прогнусавил я. - Где это мы?

- В моем месте, - грустно улыбнулась Шайри. - Здесь нас не найдут.

- Кстати, - я с подозрением осмотрел девушку. - Кто нас догонял и почему?

- Слуги мара, - Шайри произнесла «мара» так, словно плюнула. Я растерянно моргнул. - Мар - колдун, - ответила она на невысказанный вопрос.

- Погоди-погоди, - я потер ноющие виски. - Ничего не понимаю...

- Я - овада, как моя бабка, как ее бабка. Это как ведьма, понимаешь? Только овада не берет силу, она сама обладает частью силы Великого Источника. А мары - колдуны, рожденные для того, чтобы охранять Источник.

- Ага, я понял! Замечательный способ охраны - прибить на фиг! Они же кидали в нас камнями! - у меня вырвался нервный смешок.

- Я плохая, - Шайри понурилась. - Меня прогнали.

- В смысле? - насторожился я.

- Я открыла тайну Источника одному человеку. Слуги мара погубили мой дух и запретили возвращаться, - по щекам девушки покатились крупные слезы, капельки загадочно переливались в неровном свете костра.

- Этот тот, про которого говорила старуха? - догадался я. - А почему она называла его бесом?

- Не бесом, - Шайри неожиданно улыбнулась сквозь слезы. - Вессом.

- Что за странное имя? - растерянно спросил я, ощущая, как по шее поползли мурашки. Голова закружилась, вспомнилось видение из одного сна. Старуха, огромные глаза и зловещий шепот «Весс!».

- Весс означает иной, чужой, другой, - прошептала Шайри, выглядела она при этом очень виноватой. И добавила еще тише: - Пустой, никто. Тот, который может стать кем угодно... как ты.

- Спасибо на добром слове, - саркастично фыркнул я, ощущая легкую обиду. - Я и сам в курсе, что я никто.

- Глупый. - Девушка склонила голову на бок. - Это же самое лучшее, кем можно родиться. Ты свободен.

- Я заметил, - мрачно ответил я. - Так свободен, что бегу, куда и от кого хочу. Точнее, бегаю от всех подряд.

Локоть совсем затек, я осторожно выпрямился и сел на бревно. Тело колотил озноб, сырость, казалось, пробралась даже в косточки. Грудь свело, я закашлялся.

- Ох, - снова простонал я, трогая руками опухшую шею. - Кажется, я заболел.

Сглотнул и тут же сморщился от резкой боли.