Ловушка для серого мага (СИ)

Насчет деревушки я, конечно, погорячился, Шекшема даже в темноте ночи выглядела вполне сносно. Чистые улочки заасфальтированы, деревянные домики покрашены, раскидистые сады источают приятные ароматы спелости. После полуразвалившегося здания вокзала я ожидал увидеть три покосившиеся, вросшие в землю хаты. Но фонари освещали вполне аккуратный поселок.

У некоторых домов стояли встревоженные люди. Женщина в халате оживленно трещала по сотовому, руками при этом чертила в воздухе контуры поезда. Видимо, рассказывала знакомым о происшествии.

- Говорят, нужно разместить пострадавших по квартирам, - сварливо рокотала громовым голосом бабулька в платке и пушистых тапках. Она обращалась к забору. Похоже, бабка была не только глуховата, но и слепа, как крот. - Никого не пущу! Вот еще, вздумали!

Шайри вдруг встрепенулась и спряталась от нее за мою спину. Руки ее, вцепившиеся в мой пояс, дрожали. Я с недоумением остановился: чего это она?"

"А бабка вдруг замерла, медленно развернулась к нам. Я ощутил, как сердце забилось быстрее. Глаза старухи, словно подернутые голубой дымкой, вызвали у меня ужас, смешанный с отвращением. Она будто смотрела вглубь меня.

- Вот черт, - упавшим голосом проговорил я.

- Не черт! - дико захохотала старуха. - Овада! Овада вернулась! Люди, овада опять привела весса!

Она трижды сплюнула через плечо и весьма сноровисто поковыляла к дому. Я оторопело наблюдал, как люди, услышав громовой голос старухи, быстро расходятся, окна гаснут, двери хлопают. Тело Шайри била крупная дрожь. Она тянула меня изо всех сил:

- Бежим! Ну, бежим же! Быстрее!

Я побежал. Девушка тянула меня в сторону небольшой рощи. Шуршание кустов, треск покачивающегося забора, шум падения камней и палок. Что происходит? Я оглянулся, едва заметил нескольких мужчин, которые молча бежали за нами. Один пригнулся к земле и что-то схватил. Шайри с испуганным криком потянула меня вперед:

- Не стой же! Бежим, говорю!

Затылок пронзила боль, на землю упала палка.

- Блин! - взвыл я.

Шаги совсем рядом. Я запнулся за корень, покатился кубарем. Шайри снова вскрикнула, метнулась ко мне. В висок угодил здоровенный камень. Боль. Булыжник откатился, я оторопело проследил за ним. Перед глазами поплыли разноцветные круги. Недоуменно оглянулся на Шайри. Девушка решительно выпрямилась, личико ее знакомо исказилось, губы растянулись в зловещей ухмылке:

- Хо-рро!

И мир погрузился во тьму.

Москва 19-20янв.08г.

Вязкий, промозглый туман не желает меня отпускать. Где-то там, вдалеке, звучат голоса. Там жизнь, движение... свобода. Я же ощущаю себя пчелкой, запутавшейся в паутине. Липкие нити крепко стягивают тело, надежно отделяют меня от мира. Как же неприятно сознавать собственное бессилие! Я рвусь, дергаюсь, извиваюсь, пытаясь освободиться.