Неистовый маг

Продаться хаосу, причем одновременно оба, в этом было что-то неестественное. Некая система, которая несколько насторожила мужчину.

Он заметил странную связь четырех планов хаоса и землян, но не придал этому значения. Он был далек от магии и относился к ней с некоторым пренебрежением.

В итоге, Шмидт сделал вывод о том, что попаданцы куда более подвержены гибельным энергиям хаоса.

С этой стороны судьба третьего собрата стала еще больше интересовать педантичного немца. И тот оправдывал его интерес в полной мере.

Алекс Вульфс не стеснялся подтверждать свое прозвище. Убийца магов и чернокнижник. Некоторые звали его предателем, но Вальтер знал, что его сотрудничество с церковью находится лишь в пределах взаимодействия «Услуга-плата».

Сражения, магические дуэли, покушения и политика, все это тесным клубком смешалось вокруг Вульфса, толкая его все к новым вершинам магического мастерства.

Его капитан, Цестус Портис, также был под пристальнейшим наблюдением. И на этот раз оно было скорее негативным.

Победоносная война Шмидта гремела относительно недолго. Войска нового строя разрывали старые порядки грохотом ружейных залпов и залпами картечи из пушек.

Оружие с Земли вполне успешно начало собирать кровавую жатву и в этом мире. Наблюдая за всем этим, Шмидт невольно подумал, что ружья, и в принципе весь огнестрел — это чуть ли не самое настоящее злое божество, которое любит собирать дань с каждого мира, который посмеет открыть шкатулку Пандоры.

Он уже праздновал успех, вот только планы редко идут так, как их запланировали. Северяне, которые из-за голода достигли предела, наконец преодолели свои бесчисленные внутренние конфликты и все же объединились.

Как итог, сначала одна, а потом целые цепочки рейдов буквально выжгли земли возле северных провинций. И к огромному раздражению Шмидта именно его земли оказались ближе и удобнее всего для северян, как следующая цель.

Шмидт ударил максимально жестко. Лишь единичные отряды смогли уйти из той ловушки, которую организовал его командующий.

И тот, кто подумал, что после первого поражения, которое заработала одна из орд северян, все прекратится, то он очень сильно заблуждался.

Север воспринял подобную «дерзость» как вызов. И поэтому на следующий раз Вальтеру пришлось столкнуться уже не с одной, а сразу с тремя объединившимися ордами.

Битва была страшной. Мертвые тела порой лежали даже не в два, а во все три слоя, но северяне бесстрашно перли вперед. И их храбрость, и пренебрежение смертью дало результат.

В ближнем бою войска Шмидта немного, но все же уступали северянам.

Это была ничья, но для обоих сторон она была удивительно болезненной. Так сказать, обоюдная пиррова победа.