Темный маг. Книга 2. Начало пути

Мне внезапно стало обидно. Она меня совершенно не знает, но услышав только один раз, что мой отец Александр Наумов, сразу же навесила ярлыки.

— А теперь ты послушай меня, Вишневецкая — я начал говорить сквозь стиснутые зубы, а свет в классе мигнул. — Ты ни черта про меня не знаешь. Да, может я привык, что меня ни в чем никогда не ограничивали, но и заоблачных вещей я никогда не просил. Если ты не видишь дальше собственного носа, то я тебя просвещу. Абсолютно всех учеников в нашей школе держат в определённой строгости. Нас даже кормят одинаково, независимо от факультетской принадлежности.

— Дим, — тронул меня за плечо Егор, когда несколько ламп взорвались прямо над нами, осыпав мелкими осколками битого стекла. Я только смахнул его руку, продолжая пристально смотреть на отшатнувшуюся девушку.

— Ты можешь мне не верить, но я понятия не имею, что можно купить даже на один серебряный рубль, потому что у меня никогда не было карманных денег и мне никогда не приходила в голову мысль о том, чтобы заскочить в магазин твоего отца и купить печенюшек. Поэтому засунь, пожалуйста, свой буржуазный снобизм в одно интересное место, и попробуй понять одно: я не знаю ничего о внешнем мире, особенно, если он расположен далеко от моего поместья. А теперь найди хоть одну извилину в своём мозге не искалеченную стереотипами и пойми простую истину: вам в этой поездке предстоит меня учить. — Я понизил голос почти до шёпота, который всё равно было слышно в воцарившейся тишине.

— Дима, — осторожно позвал меня Егор, когда по стенам пополз иней, и стало заметно холоднее.

— Вам придется меня учить практически всему. Потому что я очень сильно сомневаюсь, что вообще смогу найти эту самую таверну, про которую ты мне говорила. Если только это не сделает мой пёс по запаху. А где он кстати? — я обернулся, пытаясь найти Гвэйна, вспоминая, что последний раз его видел вчера вечером.

— Дима, — Егор ухватил меня за рукав рубашки и развернул к себе. — Успокойся! — он положил руку мне на плечо и сильно сжал. От боли я сразу же пришёл в себя. Холод исчез, а я стоял тяжело дыша, не сводя взгляда с девушки. — Иди, собирайся, я тут с Вандой немного пообщаюсь. Иди-иди, — и он подтолкнул меня к выходу из класса.

— Почему меня сделали старшим, а не тебя? — вырвалось у меня, когда я уже открывал дверь.

— Значит, так было нужно, — пожал плечами Егор. — Троицкий не дурак, он наверняка знал, что делал.

Конечно знал. Не удивлюсь, что это от большой любви к своему крестнику было сделано. Или отец подсказал, что крестника всё ж надо любить и заботиться о нём. Только он не совсем понимает, что значит забота Тёмного. Кинуть в гущу событий и пускай барахтается. Выплывет — молодец, хорошая поросль растёт. А если погибнет — ну бывает, естественный отбор во всей красе.