Черный маг императора 3 (СИ)

Ну, например, сгорит она к чертовой матери со всеми твоими эликсирами… — он загнул второй палец. — Потом что-то с тобой может произойти… Ты же человек пожилой, правильно? А старики то и дело мрут…

— Дальше можете не перечислять, сударь, смысл я понял, — сказал дед. — Что насчет этого всего скажет полиция?

Лысый красноречиво посмотрел в мою сторону и пожал плечами:

— Я бы на твоем месте этого не делал… Неприятности же не только со стариками происходят… С детьми тоже всякое может случиться… Ты, самое главное, с ответом не спеши, Тимофей… тьфу ты, снова забыл, как там тебя… Ну неважно. В общем, ты не суетись. Подумай как следует, обмозгуй мое предложение со всех сторон. Двадцать процентов — это совсем капля в море, по большому-то счету. Я бы и тридцать мог попросить, но такой уж у меня характер — старость уважаю, понимаешь?

Он с сожалением посмотрел на свой пустой бокал.

— И заодно поспрашивай у людей, кто такой Грек, хорошо? Может быть думать легче будет.

— Не будет, — сказал я и с удовольствием глотнул кваса. — Как там тебя ты сказал зовут? Македонец или что там такое было? А, точно — Спартак же! Правильно говорю?

Даже несмотря на шум в зале я услышал, как у него скрипнули зубы от злости.

— Так вот что я тебе скажу, Спартак. Засунь свое предложение в одно место, хорошо? И заодно поспрашивай у людей кто такие Темниковы, хорошо? Никто тебе ничего не даст, а будешь деду надоедать — хуже будет!

— Слушай, ты бы научил своего пацана рот не открывать, пока взрослые разговаривают… Вы же вроде бы дворянчики… Воспитанные должны быть…

— Он у меня тоже взрослый, — пожал плечами дед. — Слово такое же, как и я имеет. Кстати, я бы на твоем месте послушал, что он тебе говорит. Да и вообще — не стоит угрожать Темниковым. Плохо дело может закончиться… А за внука я тебе сам лично глотку перегрызу.

— Ага, понятно… Значит ты тоже так думаешь, получается? — он отодвинул стул и медленно поднялся со своего места. — Значит так, слушай меня внимательно, второй раз повторять не буду. На всякие раздумья даю максимум две недели — даже такой тугодум как ты справится. Потом пеняй на себя… Я все сказал.

Он махнул рукой своим приятелям и пошел к выходу из пивной. У этих четверых, наверное, бегемот был за главного и топал впереди них с видом победителя.

— Ты чего нахмурился, деда? — спросил я у него. — Неужели ты думаешь, что у них ума хватит к нам лезть?

— Хватит или нет, а на всякий случай нужно меры предосторожности принять, — вздохнул он. — У таких людей мозгов немного, так что чувство самосохранения притупляется со временем.

— Не в полицию же сообщать раньше времени.

— Туда нет, а вот Жемчужникову сказать нужно.