Маг 9

Плохо себя чувствовали, например, или еще какие проблемы с банком из-за слабого интернета появились.

Но лучше все-таки так не влезать в чужие, теперь уже конкретные проблемы.

Поэтому я купил билеты до Питера и предупредил об этом проводниц:

— Попутчики мои по купе заболели что-то совсем, только что оплатили поездку до Санкт-Петербурга и снотворное приняли. Попросили меня вас проинформировать, а то худо им очень.

Проводница, шустрая приятная женщина проверила свое приложение и махнула рукой, мол, все в порядке.

— Можно два чая мне и пачку печенья «Юбилейное», — заказал я.

Перчатки я уже давно снял и спрятал в кармане, выкину на ходу из поезда потом.

Проводница принесла заказ, посмотрела на мерно сопящих товарищей, повернувшихся к проходу спинами и попами, и ушла. Не вызвали они у нее никакого подозрения, что мне и требуется.

Доказать мое воздействие на их бедовые головы никто не сможет. Что это за супероружие такое, не оставляющее следов — никто не разберется. Спишут все на кровоизлияние в мозг после употребления нехороших веществ.

Смартфоны потерпевших звонят все ночь не переставая. Это вполне понятно, значит, ждали их и встречали. Хорошо, что около вагона и в само купе никто не заявился. Наверняка они должны были выйти из вокзала, сесть в машину и потом уже отзвониться своим боссам, не под камерами же им встречаться с товаром на руках.

Ну, я заранее выключил звук и вибрацию в обоих устройствах, да еще спрятал у Толика и Светы под подушками.

Ни к чему мне просыпаться постоянно из-за чужих проблем.

Спал хорошо под стук колес, только в Твери подождал на стоянке гостей, однако никто пока не появился.

Ну, тут ехать всего два часа, не успели среагировать, значит, организаторы преступной сети на появившиеся новые обстоятельства.

Утром просмотрел и сфотографировал номера телефонов, которые высветились на экранах смартфонов за ночь. Причем почти все номера поголовно не подписанные, только у Светы есть абоненты «Мать» и «Отец».

Впрочем, теперь их дочь пропала для родных и всего белого света. Явно имеющиеся большие недостатки в воспитании привели ее туда, где она за дело оказалась в итоге.

Очень суровое, конечно, наказание по жизни бедовой, однако они сами на него напросились. Сами вскрыли чужой чемодан, собираясь подбросить мне наркоту. Поэтому жалеть молодые судьбы не стану, я и так вылечил их, как смог.

Больше поезд нигде не останавливается, теперь только на перроне вокзала я могу столкнуться со встречающими, сильно переживающими товарищами моих попутчиков.

Поэтому собрал заранее свои вещи, молча попрощался с неподвижно лежащими телами и ушел по вагонам вперед почти до конца поезда, уже там в тамбуре дождался открытия дверей.