МАГ 7 (возвращение)

Ладно, времени еще около двух часов пополудни, есть еще время понаблюдать за ним, сколько он способен пролежать на холодных камнях.

Вернулся в Храм, Брат спит на Столе, делать пока нечего, придется все же спуститься сейчас, пока время свободное есть и спать не хочется. Заняться не такими хорошими делами.

Взял копье, арбалет, разлетевшиеся ножи, бинокль повесил на грудь и начал спуск в сторону каньона, прошел мимо лежащих тел и ниже перескочил на язык более-менее устоявшейся почвы. Потратить пришлось около получаса на то, чтобы добраться до лежащих тел на расстояние пятнадцати метров, там остановился, зарядил арбалет болтом, и подумав, накинул на себя купол.

Так, с арбалетом в одной руке, копьем — в другой, накинув купол, отправился я вершить паскудное дело, добивать покалеченного, если он еще жив или удостовериться в смерти, если помер, что не так противно для моих моральных принципов.

Можно, конечно, рассказать самому себе про удар милосердия, что я, в принципе и начал делать, как Тонс резко и почти незаметно махнул рукой и снова отскочивший от купола нож запрыгал по камням.

Вот тебе и милосердие, эра которого еще не наступила!

Кинул нож он, лежа, прижав локоть к боку и попал мне прямо в лицо, то есть, попал бы, если бы я не озаботился защитой. Тут же кинул и второй, участь которого осталась прежней, потом поднял голову и зарычал от бессилия, видя, как тот тоже скачет по камням, а я, невредимый, гляжу на него с доброй усмешкой.

Да, это наглядное свидетельство несгибаемой воли и стойкого, безразличного к боли характера.

Я не стал особо мудрить и выстрелил, вскинув арбалет, болт вошел в левую сторону груди лежащего Охотника и вскоре из живого на камнях остались только его ноги, рефлексивно дернувшиеся несколько раз.

Я пока не стал подходить к телу Тонса, обошел его и осторожно двинулся наверх, где через три метра лежит Карн, уже совсем холодный и только неестественно свернутая шея показывает, отчего он не так долго мучился.

Получается, сам Тонс, лежа ниже, подгребал под ним камни, тогда тело Карна спускалось вниз, чтобы я это заметил и он, своей хитростью, заставил меня приблизиться на расстояние броска. Кинуть пару оставшихся ножей, надеясь, что я уделю внимание его напарнику и позабуду о своей защите.

Так себе план, не больше десяти процентов на успех, похоже, что двигаться старый Охотник уже не может, но, его звериная жажда мести и желание забрать меня с собой поражают, что ни говори.

Даже теперь я не хочу приближаться к его телу, опасаясь, что еще один-два ножа у него остались, на перевязи раньше у него их имелось шесть штук, бросил он всего четыре, а свои судороги он мог мастерски разыграть, ведь я отчетливо увидел, что в сердце не попал, болт вошел ниже и значительно.