Черный Маг Императора 14

Как бы там ни было, а появление Лизуновых вызвало очень бурную реакцию учеников. Некоторые подходили к ним, чтобы подбодрить и похлопать по плечу, кто-то приветливо махал рукой, но хватало и тех, кто изображал из себя кусок таящего желе. В общем, было весело, и появление братьев незамеченным не прошло.

Собственно говоря, как и исчезновение Шуйского, который сменил их на посту моих врагов в медицинском блоке. После пятничного происшествия Мишку в очередной раз упекли туда, чтобы разобраться что к чему. Не находится ли бедолага под воздействием каких-либо чар.

Понятное дело, что никто и ничего не установит. Хотя бы потому, что уже и в самом деле не находится. Да и пользуюсь я не чарами, а проклятьями… Как выяснить, кто их на него наложил?

Эту новость тоже, само собой, обсуждали весьма оживленно. Лешка вчера приехал в школу раньше меня, так что знал кое-какие подробности. Впрочем, я бы не удивился, что Нарышкин знал бы массу подробностей по этому делу, даже если бы прикатил в школу пару минут назад.

Понятия не имею, как ему удавалось добывать информацию. Я подозревал, что у него на каждом курсе имеется как минимум пара-тройка шпионов, которые докладывают ему обо всяких делишках, которые происходят в школе.

Кстати, это не шутка. Дориан тоже склонялся к тому же мнению и считал, что княжич очень правильно делает, если и в самом деле заводит себе осведомителей. По его мнению, информация — это одна из немногих вещей, за которую никогда не жаль отдать денег. Даже если это всего лишь сплетня.

Так вот, Лешка рассказал, что, оказывается, вчера в «Китеж» приезжали родители Шуйского. Наверное, хотели забрать своего юного гения домой, но уехали без него. Видимо Мишка горел желанием во что бы то ни стало сплясать на осеннем балу. Собственно говоря, это была последняя и самая главная новость, которая не давала всем спокойно завтракать.

Бал же не только был праздником сам по себе, он ведь еще означал, что началась последняя учебная неделя перед каникулами. Это значит, что задавать будут меньше… Спрашивать будут меньше… Да и вообще круто! Каникулы же! Тем более самые первые, а их дожидаешься больше всего. Первые школьные месяцы всегда такие нудные…

— Ты сам-то, чего кислый такой? — спросил я у Нарышкина, когда он пытался привести себя в порядок уже третьей чашкой кофе подряд. — Такое ощущение, что всю ночь не спал.

— Почему же, спал… Два часа, по-моему… — ответил он и зевнул. — Занят был, Макс. Я же теперь председатель «Медики» все-таки, сам понимаешь…

— И что с того? Или в вашей могучей организации принято не спать по ночам? — спросил я, осмотрел кекс с клюквой и откусил с той стороны, где было побольше ягод. — Рассказывай, какие там у вас еще забубоны?

— Отвали, Макс, — усмехнулся Нарышкин. — Просто я же председатель.