Леди-мафия

Вадим остался без правой ноги. Ступню оторвало напрочь.

«Вот и комиссовался...» – с горечью подумал он, узнав о постигшем его несчастье.

Сначала он лежал в реанимации военного госпиталя в Ашхабаде. Затем его, бесчувственного, переправили в Ростов. И только после этого он оказался в Москве, в госпитале имени Бурденко. Там он и пришел в себя. Там и узнал, что остался без ноги.

Отчаяние захлестнуло его с головой. Как же так, ему всего девятнадцать лет, он такой молодой, а уже инвалид. Ему представилось, как он будет ходить по улицам на костылях, и он чуть не взвыл от злости. Даже жить не хотелось.

Мать о случившемся не знала. И не ведала, где его искать. Попробуй разберись, когда он столько госпиталей сменил.

– Матери напиши, – как будто читая его мысли, посоветовала ему сестра, немолодая женщина.

Она смотрела на него сочувственно, как на калеку.

– Напишу, – буркнул он и отвернулся.

Но писать он никому не будет. Он не сможет видеть лица родных и близких, друзей и подруг. Ловить на себе полные сострадания взгляды...

Ну какого дьявола он рвался на эту долбаную войну? Ведь можно же было закосить. Под себя ходить бы по ночам начал, на обследование бы положили. А там бы Ириха с бабками подъехала. Отвалили бы куш кому надо, и все, с диагнозом «энурез» его бы спровадили домой...

Ириха... Вот кого бы он хотел сейчас увидеть. Вот кто бы не смотрел на него страдальческим взглядом, не жалел бы его слезно...

5

Теплая рука нежно ласкала затвердевшие соски ее грудей, экстаз смешал все чувства, подхватил ее, понес за облака...

Лена лежала на двуспальной кровати гостиничного номера и, сладко сощурив глаза, следила за движениями склонившегося над ней мужчины. Медленно, осторожно он подводил ее к тому, что обычно случается между любовниками, когда они остаются наедине друг с другом...

С Сашей Кольцовым она училась в одном институте и на одном курсе. В первый раз увидев этого шатена с магнетическими глазами, она сразу поняла, что романа с ним не избежать. Но поначалу пыталась противостоять неизбежному.

Она нравилась ему. Иначе бы он не ловил ее в прицел своего взгляда, не приставал к ней. И она чувствовала, как волнуется ее кровь при мимолетных встречах с ним. Но она никогда не забывала мамин завет: никаких чувств к мужчине. Иначе превратишься в шлюху...

С Вадимом Ящуровым все было просто. Она не питала к нему особенных чувств, а потому и не боялась его. Он не раз пытался обнять ее, поцеловать. Но она спокойно отстранялась от него. Только силой он смог бы взять ее. Но на это он не был способен. Слишком уж любил ее... Но она его не любила, а потому так легко бросила и тут же о нем забыла.

А с Сашей все было иначе. Он будил в ней тайные, запретные желания. Разыгрывались буйные фантазии.