Леди-мафия

– Ириха, если бы ты только знала, как я рад тебе!

Он с трудом совладал с желанием сгрести ее в охапку, прижать к себе, расцеловать.

– Я тоже очень рада видеть тебя. Иначе бы не рискнула забраться в такие дебри... Хорошо хоть «капуста» есть. А то бы не добралась... Мне пацаны наши из «общака» двадцать «кусков» на дорогу к тебе выделили...

– Откуда такие бабки? – удивился он.

– Потом узнаешь...

– Иринка, любимая...

– Только давай договоримся сразу, – она сделала шаг назад и с сожалением посмотрела на него. – Я приехала к тебе просто как к другу. Как ты просил...

– И все равно ты для меня любимая...

– Как знаешь, – пожала она плечами. – Только спать мы будем на разных кроватях...

Что ж, так тому и быть... Хотя неплохо было бы оказаться под одним с ней одеялом...

– О чем базар... Ты похамать чего-нибудь притянула?

Резкий скачок с интима на бытовуху обнулил возникшую меж ними напряженность. Так будет легче и ему, и ей.

– Голодным не останешься, – весело подмигнула ему она. И пнула ногой по двум гигантским рюкзакам в углу комнаты. – Колбаса, икра, консервы, печенье, сигареты... Это тебе от братвы нашей привет...

– Как же ты это все дотащила?

– А ты не бойся, не надорвалась. У меня под боком машина. Такси на две недели зафрахтовала. В три «куска» мне это удовольствие обошлось...

– А таксист ничего? Доверять ему можно? У тебя же бабки с собой. Обобрать может...

– Может, мужик еще тот. Ни на грамм ему не доверяю... Но ты не волнуйся, со мной Амбал...

– Кто такой? Почему не знаю?

– А он из новеньких. Но лоб здоровый, любому рога поотшибает...

– Ладно... Спасибо мое братве передашь... Хм, тут не говорят «спасибо». Но мне плевать... Как хорошо, что ты здесь...

– Похудел ты, лица на тебе нет... Но ничего, я приведу тебя в порядок, – пообещала Ириха.

Из приблатненной красотки в одно мгновение превратившись в хлопотливую хозяйку, она отвесила ему подзатыльник и заставила вымыться, сменить белье. Затем приготовила обед, накормила его, плеснула в кружку сто граммов, сама из своей пригубила. Хорошо водочка пошла. Интересно, как ее оставили? Не положено ведь...

Сема лежал на койке поверх одеяла. Сытый, немно-го пьяный, выбритый, чистый, в домашней одежде, с «мальбориной» во рту. А рядом, дотянуться можно, на такой же койке сидит Ириха. И пахнет от нее голово-кружительно французскими духами.

О том, как управляется с командой, она рассказывала неохотно. Больше туману напускала. Все, мол, хорошо, даже лучше, чем раньше было... Попробуй тут что-нибудь пойми. Да он и не хотел ничего понимать. Голос у нее такой приятный, убаюкивающий, век бы его слушать. И он наслаждался звучанием ее голоса, не особо вдумываясь в смысл слов. Сознание затягивалось пеленой сладкой дремы, глаза слипались, и, против своего желания, он уснул.