Мафия и власть

 — Я его по фоткам знаю!

— Смотри, там кого-то на носилки грузят, — толкнул его в бок первый. Тот пригляделся и произнес окончательно упавшим голосом:"

"— Это же Барнаул. Вот и нашелся, блин…

* * *Владислав приехал на дачу поздно, когда за окнами уже сгустилась ночная тьма. Лиза и Лена еще не спали. Лиза подбежала к отцу, порывисто обняла его, но, поняв, что он не собирается с ней играть, вернулась к своим куклам. Лена, смущаясь, тихо поприветствовала неожиданного гостя и стала молча наблюдать за ним. Таким она еще его не видела. На Владиславе не было лица: он казался похудевшим, постаревшим, точно на него многопудовой громадой давила какая-то невидимая тяжкая ноша.

— Что-нибудь случилось? — тихо спросила Лена.

Владислав перевел взгляд на Лизу, беззаботно возившуюся с куклой, и тихо сказал:

— Случилось. — И добавил: — Потом… Поздно уже, Лизе пора спать.

Лена поняла его с полуслова и быстро увела девочку в спальню. Когда она вернулась, Владислав уже сидел за столом, и перед ним — что было совсем уж странно и не похоже на него — стояла бутылка коньяка и наполовину опустошенная рюмка.

Прежде чем она успела задать ему свой вопрос, он глухо выдохнул:

— Сегодня погибли моя жена и сын.

Лена вздрогнула. Она давно уже подозревала, что этот сильный красивый мужчина, который редко, но регулярно приезжал сюда повидаться с дочкой, ведет жизнь, полную тайн и опасностей, но не смела его ни о чем выспрашивать. Безошибочным чутьем, которое дано женщине от рождения и никак не связано с ее возрастом и жизненным опытом, она давно уже поняла, что у Владислава есть где-то семья, что он занимается большим и, возможно, опасным делом. И вот теперь он сам приоткрыл завесу тайны. Она терпеливо ждала продолжения.

— Их взорвали в машине… — глухо продолжал Владислав. — В моей машине. Вероятно, хотели убить меня, а погибли… они. Тяжело мне, Лена. Мы со Светой столько пережили вместе за эти годы, что и передать нельзя… Я ей жизнью обязан, она меня спасла… А потом столько крови было, столько всего… — Он не договорил и, опрокинув рюмку коньяка в рот, налил себе еще. — Никому не рассказывал, а тебе вот рассказываю… Не знаю почему. — Он посмотрел на Лену потухшими глазами.

— Как же так… Как же вы теперь? — срывающимся голосом спросила девушка, почувствовав, как защемило у нее сердце от этих страшных слов.

— Не знаю, не знаю… Тяжело очень, Лена… Но надо жить, — упрямо проговорил Владислав. — Теперь у меня только Лиза осталась. Одна Лиза. Больше никого нет.

Его последние слова прозвучали как тихий выстрел, так что Лена даже вздрогнула и отшатнулась. Ей вдруг захотелось обнять этого сильного мужчину за шею, прижать к своей груди, шептать ему на ухо ласковые слова, утешать. Ей почему-то показалось, что ему сейчас очень нужна ее поддержка.