Bella Mafia

Отец Анджело уступил и протянул Джорджио квитанции, чтобы тот их подписал. Братия тем же вечером подняла восстание, за исключением Луи, который дотемна провозился на огороде, засеивая грядки присланными семенами. Брат Томас был потрясен, он сидел напротив отца Анджело с кислым лицом и сокрушенно качал головой.

– Те вещи, от которых я отказался, будут возвращены в магазины. Я напишу мистеру Каролле, что это монастырь, а не больничная палата. Джорджио может сделать мальчикам маленькие подарки и оставить себе новое кресло и медикаменты. Я запретил слушать радио и пластинки за пределами музыкального класса, и брат Мэтью возьмет на себя за это полную ответственность. На молитвенниках и требниках стоит название нашего монастыря, поэтому их мы оставим. Я немедленно напишу мистеру Каролле благодарственное письмо. А то, что Джорджио стал лучше себя чувствовать, для нас высшая награда. Я вижу в этом промысел Божий. А теперь давайте помолимся за здоровье Джорджио Кароллы.

В эту минуту до трапезной долетели звуки скрипок Паганини. Это означало, что молодой монах брат Мэтью, который отсутствовал за ужином, уже установил проигрыватель в музыкальном классе.

Джорджио, сидя в новом кресле, раздавал мальчикам подарки в спальне, как рождественский Санта-Клаус. Лука помогал ему: выстроил ребят в очередь и подводил к нему по одному. Дети, которые не привыкли к таким знакам внимания, были на вершине счастья. Новые тетрадки, цветные карандаши и ластики привели их в восторг. У Джорджио разболелась рука от горячих рукопожатий.

Лука и Джорджио переглянулись и покинули спальню. Лука прошептал на ухо другу, что их план, похоже, удался, как он и предполагал. Это ему в голову пришла мысль купить подарки не только детям, но и братии. Таким образом им удалось переправить через «святую таможню» множество полезных и нужных вещей. Друзья были довольны.

Лука укладывал Джорджио в кровать, когда брат Мэтью завел проигрыватель.

– Ты только послушай, Лука, какая красота! – тихо вымолвил Джорджио, закрыв глаза.

Лука открыл окно, чтобы было лучше слышно. Однако классическая музыка скоро наскучила ему, и он принялся распаковывать коробки.

– Пожалуйста, поставь Берлиоза… – шептал Джорджио. – Поставь Symphonie Fantastique…

Лука с замиранием сердца открыл ящик с медикаментами, затем другой, третий. Упаковочная бумага и веревки разлетались по комнате.

– Он услышал меня, Лука! Он поставил Берлиоза…

Чудесная музыка лилась в окна. Лука был совершенно равнодушен к Берлиозу. Он примерял пару футбольных бутс."

"– Ты знаешь, о чем эта музыка? – тихо говорил Джорджио. – О художнике, о человеке с фантазиями безумца, какого Шатобриан изобразил в Рене. Когда он видит прекрасную женщину, его сердце стремится к ней и он безнадежно влюбляется.