Bella Mafia

Тогда она развернулась и побежала назад к бухте. Тут она уселась на валун у самой воды, обхватила колени руками и уткнулась в них лицом.

– София, послушай меня, – тяжело дыша, вымолвил Константино, подходя к ней.

София подняла на него глаза. Ее волосы растрепались от бега, а на лице застыло странное дикое выражение. Константино был потрясен. В следующий миг она накинулась на него с кулаками, стараясь дотянуться до лица, чтобы впиться в него ногтями, расцарапать его, изувечить. Ей хотелось причинить боль этому слабому, безвольному мальчишке, который не в состоянии противостоять отцу. Она ненавидела его и хотела заставить его почувствовать ту муку, с которой ей приходится жить.

Константино лишь уворачивался от нее, закрывая лицо руками, но в конце концов изловчился и схватил ее за запястья. Он с силой привлек ее к себе и поцеловал страстно и жадно. София сопротивлялась с минуту, а потом сдалась.

Ее тонкие руки оказались на удивление сильными, и он ни на миг не мог расслабиться, боясь выпустить ее. Он хотел целовать ее тело, каждый его дюйм… Казалось, еще миг, и его сердце разорвется от нежности… Он закрыл глаза, тая от блаженства, и прошептал слова любви…

Они сидели на камне, и у их ног плескались волны. Во рту у него пересохло от волнения, дыхание перехватило. Ее платье расстегнулось в пылу борьбы, и теперь, когда София склонила голову ему на плечо, он видел темный сосок. Дрожащей рукой он прикоснулся к ее груди.

София расстегнула ворот сильнее и притянула его голову к груди. Он стал посасывать ее, как младенец, которого она бросила в Чефалу. София задумчиво смотрела в морскую даль.

– Я хочу тебя… хочу… – хрипло вымолвил он.

– Тогда женись на мне.

Она застегнула платье и медленно поднялась. Он схватил ее за руку:

– Женюсь… Я привезу тебе из Рима кольцо. Ты любишь бриллианты?

Она улыбнулась и кивнула в ответ. Теперь можно было не сомневаться, что рыбка попалась на крючок. И это в тот момент, когда она была так близка к отчаянию…

– Да, я люблю бриллианты. Особенно большие! – рассмеялась она, и на щеках у нее появились ямочки.

София напевала веселую песенку, поднимаясь по лестнице в отеле. Она сунула ключ в замочную скважину и обнаружила, что дверь ее номера не заперта. В страхе она бросилась к шкафу, чтобы проверить, на месте ли деньги и драгоценности. Все было в порядке. В полном недоумении она огляделась: в комнате кто-то побывал – она это чувствовала, – но ничего не тронул.

– Кто-то заходил в мой номер, синьор Трамонтера, – заявила она, без стука ворвавшись в кабинет хозяина. – Я же просила, чтобы у меня не убирали! Я сама убираю свою комнату."

"Хозяин выглядел напуганным, его глаза бегали, когда он сообщил ей, что у нее не убирали, но человек дона Лучано попросил его показать ему, как она живет.