История Мадлен (СИ)

Все же Бернардет была девушка с характером, хоть и с поганым. И позволять мужу ограничивать себя не собиралась. Всегда найдется, как”укусить” этого “отвратительного мерзавца”! И уж поверьте, кусаться мадам де Мюль собиралась на совесть!

По лицу её разливался жаркий румянец, который, кстати, это лицо неожиданно красил.

По крайней мере, баронет Сегюр не преминул отметить особый азартный победоносный блеск и живость глаз Бернардет.

Перед самым отъездом, баронет, окончательно пав перед свежестью чар Бернардет, во время прощания насмелился сунуть ей записочку с выражением самых светлых и страстных чувств.

– Ах, это не то… это не распутство! Это — просто месть! – решительно подумала она, прочитав строчки пылкого признания.

К тому же, Бернардет и в самом деле катастрофически не хватало этих сладких эмоций, искреннего восхищения и проявлений внимания. В общем, в горячке ссоры с мужем, она осмелела настолько, что решилась ответить взаимностью на ухаживания симпатичного баронета.

Хорошенько поразмыслив над вопросами конспирации и безопасности, Бернардет решила, что это очень даже вовремя и удачно сестрица съехала из своего флигеля. Именно там она и решила назначить свидание ухажёру.

А что – покидать пределы имения – не надо, в случае чего есть кого позвать на помощь, и совершенно исключается возможность “засветиться” перед любопытствующими досужими знакомыми.

Элен, любимая горничная и наперсница госпожи де Мюлан, была отправлена наводить порядок в “любовном гнездышке”.

Оставалось только занять чем-то вездесущего и глазастого садовника – так это вообще не проблема. Ей не составило ни малейшего труда придумать, как озадачить старика так, чтобы он часа три, как минимум, не имел шанса появиться в саду.

И вот сей час настал. Супруг изволил отбыть под надуманным предлогом в неизвестном направлении (хотя, куда уж там неизвестном – вполне себе известном), к назначенному времени под покровом сумерек пылкий поклонник прибыл к воротам имения.

Бернардет всё продумала до мелочей: прогрели флигель, зажгла свечи, притащили корзинку с упакованным ужином. Однако, полностью соблюсти романтичность ситуации всё же не удалось.

Открывать калитку баронету пришлось, естественно, самой. Так что две пригнувшиеся фигуры,как заправские воры, крадущиеся по саду к крошечному домику, смотрелись не очень-то возвышенно. Наконец, неумелые любовники оказались под защитой стен флигеля.