Мадагаскар – Россия

Какие-никакие, а декомпрессионные камеры будут. На таких глубинах и краткосрочных погружениях они не нужны, но пусть ребята тренируются. Потом глубины будут больше. Вода в Красном море удивительно чистая. Особенно в этом месте. Связано это с тем, что дно каменное, ила нет, но есть кораллы. Они фильтруют через себя воду. В солнечный день, даже на глубине, видимость была отличная. Ныряли с борта «Чижа». Брали привязанный камень в руки и прыгали за борт. Обратно поднимались по этой же верёвке, а камень подтягивали следом. В нижнем колоколе можно было два раза подышать, потом воздух становился не пригодным для дыхания. Верхний колокол был рассчитан на один раз. После каждого ныряльщика, колокола поднимали и проветривали. Желающих погрузиться к кораблю, было много. Я не отказывал, даже поощрял. Единственное условие, не более трёх погружений в день. Не хватало мне травмированных. Заодно присматривался кто, как реагирует, на такие погружения. За пять дней, подняли на борт «Чижа», 8 чугунных и 12 бронзовых орудий. Ядер подняли только 48 штук. Было много разной металлической мелочи. Ныряльщики не забыли и про себя. Почти каждый нашёл себе побрякушку. Это были ножи, бляшки и даже монеты. Понятно чем подогревался интерес к погружениям. Пушки и ядра были очищены с помощью песка и спущены в трюм. Позже мы выбросили весь балласт, заменив его пушками и ядрами. Так мы подчистили ещё три погибших судна, обнаруженные рядом. Это были более старые суда и корпуса у них частично развалились, частично заросли кораллами. Работать было гораздо трудней. Под водой трудно было определить, что есть что. На борту трудно было отчистить. Благо, что пушки нас, в большей части, интересовали как металл, поэтому при чистке не церемонились. В ход шло всё, от песка до кувалды. Эти корабли дали нам ещё 24 медных и 8 бронзовых орудий. Было 2 мортиры. Ядра уже не считали, ссыпали просто так."

"С самого начала был ведён запрет на обследование трюмов и помещений. Но когда прошло две недели, а за плечами у ныряльщиков было по 30–40 погружений, решился дать добро на осмотр грузов в затонувших кораблях. Но пока это нам ничего не дало. Время сделало своё дело, а может суда успели разгрузиться до их последнего шторма. «Чиж» чувствительно потяжелел и его заменил «Шпунтик» и «Крепыш» Масок было две. Можно работать с двух кораблей. Желающих нырять хватает. Дело оставалось за колоколами. Пока «Чиж» работал на очистке затонувших судов, от всяких уже не нужным им вещей, я свёз на берег три бронзовых пушки. Нашёл кузнеца, который согласился выполнить наш странный заказ. Отлить 4 бронзовых колокола. Такие, чтобы в два из них входило по 10, а в два других по 20 вёдер воды. Но была загвоздка. Кузнец не знал, как расплавить пушки целиком.