Мачо чужой мечты

— В прихожей лежал журнал, — сказала Нора, — я понимаю глупость вопроса, но не брал ли ты его?

— Нет, — живо соврал я.

— Куда он подевался? — дернула плечом Элеонора. — Неужели Ленка уперла? Пойду пороюсь у нее в комнате, хотя предположить, что домработница взяла его, нелепо. Не знаешь, она умеет читать?

Я хмыкнул. Нора страшный человек, язык у нее словно ядовитое жало. Особо язвительной хозяйка делается, если устанет или чем-то недовольна, а сегодня, похоже, Нора встала не с той ноги.

Сердито покашливая, Элеонора ушла, я вскочил, на цыпочках прокрался в прихожую и громко воскликнул:

— Вы ищете журнал под названием «Счастье»?[1]

Хозяйка вышла из спальни Ленки в коридор.

— Да.

— Вот оно!

— Я только что перерыла весь холл и ничего не обнаружила, — с подозрением протянула Нора.

— За тумбу упал, — с самым честным видом объяснил я, — вы читаете «глянец»?

Элеонора ответила:

— Да, обожаю на досуге посмотреть картинки с тряпками!

Я замолчал, а хозяйка подошла, взяла у меня «Счастье» и, полистав страницы, заявила:

— В особенности я в восторге от статьи «Как забеременеть без особого труда». Интересно, что корреспондентка имела в виду под «трудом»? Ваня, не стой столбом! К нам сейчас придет редактор «Счастья»… э… Катерина… э… э… фамилию забыла. Ну, да не в ней суть. Девица будет брать у меня интервью.

— Зачем? — весьма нетактично поинтересовался я.

— Хороший вопрос! — ответила Нора. — Для того, чтобы получить его! «Счастье» пишет о женщинах, я показалась им примером успешной бизнесвумен, отсюда и интерес! Вот приобрела сей журнальчик, пойду погляжу, что он собой представляет!

— Не жалко вам тратить время на глупости? — вырвалось у меня.

Элеонора усмехнулась:

— Ваня, у нас сейчас перебой с клиентами. Никто не ожидал, что подобный кризис случится осенью, я, естественно, предвидела спад летом, и он произошел, как и рассчитывала, в августе. Но я абсолютно не планировала, что простой продолжится и в сентябре. Сегодня одиннадцатое число, и никаких клиентов!

— Многие предпочитают проводить отпуск в первый месяц осени, — утешил я Элеонору, — на юге наступает бархатный сезон: ни крикливых детей, ни пьяных студентов, лишь респектабельные люди.

— И тут я скумекала, — совершенно не обращая на меня никакого внимания, продолжила Нора, — нам не хватает пиара. До сих пор слава о «Ниро» распространялась лишь среди наших знакомых, а после статьи в журнале она разнесется по всей Москве и окрестностям.

Я испугался:

— Вы хотите расширить бизнес?

Элеонора заморгала:

— Зачем?

— Нас всего двое, — продолжал я, — мозг — это вы — и, так сказать, ноги, к коим я отношу себя.