Мачо чужой мечты

На следующий день Владимир переехал в уютную квартирку девушки, и Юля азартно принялась делать парню карьеру. Для начала она велела ему взять псевдоним.

— Никольских много, — объясняла Юля, — нужно нечто звучное, даже эпатажное, вроде Волконский-Задунайский.

В конце концов придумала псевдоним Коэн. Затем Чупинина купила любовнику «правильные» джинсы, элегантную обувь и модные пуловеры. Владимир в полном ужасе стоял в примерочной кабинке и смотрел, как раскрасневшаяся Юлечка охапками таскает шмотки. Когда же взор журналиста упал на ценник, вот тут его чуть не хватил удар.

— Юля, — осторожно сказал он, — я не торгую нефтью! Моей зарплаты не хватит даже на рукав от свитера.

— Ерунда, — отмахнулась любовница, — берем все, я заплачу сама.

— Я не альфонс! — взвился Володя.

— Вернешь должок, когда встанешь на крыло, — не дрогнула Юля, — я сейчас в порядке, напрягов нет.

И это было правдой. В квартире Чупининой был сделан хороший ремонт, кухня сверкала дорогой техникой, в ванной стояли шеренги банок, пузырьков, флаконов, бутылочек, шкаф в спальне ломился от нарядов, а холодильник был забит вкусными деликатесами, Юля не ограничивала себя в тратах.

— Откуда у тебя деньги? — не выдержал один раз Владимир.

— Хамство вопроса подразумевает отсутствие ответа, — фыркнула Юля, но потом добавила: — Я сотрудничаю во многих изданиях, пишу и в газеты, и в журналы, а еще бывший муж подкидывает алименты. У нас с ним договор: я кое-чего не рассказываю посторонним, он делится золотыми дублонами.

— И кто у нас муж? — процитировал культовый фильм Владимир.

— Борис Чупинин, — словно между прочим сообщила любовница. — Может, слышал? Я не стала фамилию после развода менять.

— Тот самый? — ахнул Владимир. — Владелец холдингов и заводов?

— Ну да, — спокойно ответила Юля, — мы разошлись, как в море корабли. Давай больше не беседовать о материальной стороне жизни.

Владимир кивнул, понятно, почему любовница живет на широкую ногу. Борис Чупинин отсыпает бывшей супруге хорошее содержание. Небось за минуту она получает столько, сколько Коэн за год.

— Не куксись, — дернула Владимира за нос Юля, — я нашла тебе место в газете «Треп».

— Желтая пресса, — скривился Коэн.

— Дурак, — шлепнула любовника Юля, — завтра пойдешь к главному и предложишь тему: певица Розамунда тайно родила мальчика от писателя Гостева. Есть съемка, парочка суперских фото. Розамунда топлес сидит на коленях у пьяного литератора. За такую инфу тебя в «Трепе» оближут и классно заплатят.

— И где я материал возьму?

— Вот, — протянула Юля папку, — тут полно всякого, садись и пиши.

Владимир открыл первую страницу в скоросшивателе и присвистнул:

— Вау, откуда джинса?"

"— Это верняк, — ответила Юля, — фуфло не гоняю.