Вирус лжи

Диана добавила в тесто бренди и, помешивая, всыпала ванильный сахар. Корицу она не любила, по ее мнению, единственная выпечка, в которой корица была уместна, — это классический яблочный штрудель, а штрудель Диана не пекла — из-за корицы. И теперь, помешивая шоколадное тесто, она придумывала убийство, представляла до мелочей. Убитого было совсем не жаль — все знали, что он негодяй и мошенник, что расширяло круг подозреваемых многократно, и все равно хотелось все обставить так, чтобы об убийстве никто и не подумал.

Вообще-то большинство убийств не отличаются утонченностью. Обычно это результат эмоций, пьяных конфликтов — или обдуманное решение, но плохо обдуманное. Диане такие убийства не нравились — грубо, грязно, никакого полета фантазии.

— Или просто сшибу его угнанным грузовиком, до чего надоел мне этот мерзавец.

Жертва вызывала стойкую антипатию, и смерть в данном случае будет очень на пользу.

Зазвонил телефон, и Диана, наскоро сполоснув руки, схватила аппарат.

— Тетя Дина, есть вопрос.

Это Алинка, любимая племянница, а по сути — вторая дочь. Иногда Диане казалось, что взаимопонимание у них с Алиной идеальное, тогда как родная дочь Наташа зачастую относилась к затеям матери скептически.

— Давай.

— Скажи мне, тест на беременность — точная штука?

Сердце Дианы радостно екнуло.

— Достаточно точная, но лучше, конечно, УЗИ.

Алина помолчала, потом послышался вздох.

— За что я тебя ценю, так это за то, что ты никогда не взрываешься вопросами, но ответов ждешь обязательно. Две полоски, блин, — и я точно не бурундук, а значит…

— Ася, это не так плохо…

— Просто сейчас не планировали. — Алина снова вздохнула. — Даньке еще не говорила, по-тихому купила тест, и на тебе!

— Ася, это же здорово! — Диана вытерла руки и пошла в комнату — разговор лучше вести сидя в кресле, что ж стоять посреди засыпанной мукой кухни, когда такие новости. — Дети — это замечательно, а твой муж производит впечатление адекватного человека, так что ты вряд ли окажешься одна.

Она-то понимала, что дело не в этом, но хотела позволить племяннице самой сказать, что на самом деле ее тревожит.

— Тетя Дина, а что, если у меня не получится стать нормальной матерью? Если из меня выйдет такой же моральный урод, как твоя сестрица?

Диана засмеялась. Она знала племянницу и понимала ее тревоги. И была рада тому, что Алина обратилась к ней.

— Ты же моя девочка, при чем тут твоя мать? — Диана фыркнула. — Ты даже вишневый пирог печешь так, как я, так что и мать из тебя получится отличная, не переживай об этом.

— Мне надо было это услышать. — Алина засмеялась, как показалось Диане, сквозь слезы. — Тетя Дина, я тебя люблю, знаешь?

— И я люблю тебя, детка. — Диана почувствовала, как вдруг защипало в глазах.