Лжец

В наше будущее.

И мы вместе летим дальше, будто птицы, и все в это мгновение отходит на второй план: время, проблемы, нерешенные вопросы, волнения. Все остаётся где-то за спиной, а перед нами — невероятной красоты роскошные картины и легкие завывания ветра в ушах.

— Юхуууу!!! — поднимает руки ещё выше, а мы все мчимся вперёд. Чувство неописуемой эйфории, свободы и радости трепетной дрожью бьется в груди, освещая дорогу. Туда, где мы с Итаном будем вместе.

Я вновь касаюсь ногами асфальта, быстро ими перебирая, стараюсь не снижать скорость, но внезапно Итан кладёт руки обратно на подлокотники, торопливо выпаливая:

— Ух ты, ёёё!!! Тормози! Тормози! — выкрикивает в тот момент, когда мы уже почти приблизились к его подъезду. А я только тут подмечаю пару. Мама Итана. И незнакомый светловолосый мужчина. В годах, с тростью и суровым выражением лица. С плотно поджатыми губами. Строго взирает на нас.

Анастасия же смотрит удивленно. И изучает мое лицо, пока мы, сбавив скорость, уже медленнее приближаемся к ним.

Я начинаю чувствовать себя немного некомфортно. Скованно.

— Вааау! Господин Корф! — Итан прикладывает руку к груди и насмешливо склоняет голову перед мужчиной. — Чем обязан вашему фееричному появлению в нашей скромной обители? — широкая улыбка Итана отзывается теплом на сердце. Я улавливаю легко различимые нотки иронии в голосе любимого. Но недовольства не слышу. Скорее Итан просто веселится. Забавляется.

Перед нами его отец… несомненно.

— Нет, ну ты видела?! — непривычный акцент режет слух, но речь мужчины уверенная, собранная, грамотная. Отец Итана всплескивает руками, резко поворачивается к Анастасии. И обвиняющее указывает на сына ладонью: — Ты видела, как он дурачится?!

— И.Т.А.Н, — проговаривает женщина одними губами и мимикой призывает к порядку.

— Сейчас же прекрати паясничать! — отец упирается кончиком трости в грудь Итану.

— Да ладно тебе! Это я ещё держу себя в руках. Здоров, бать! — продолжая излучать счастливую улыбку, Итан пальцем отодвигает от себя трость подальше.

Раздаётся звучный хлопок ладоней, а мужчина наклоняется, чтобы обнять сына.

— Ты не один сегодня, — от взгляда проницательных светлых, как у Итана, глаз пробирает. Чувство недавнего неудержимого ликования сменяется чем-то другим.

— Я теперь всегда не один. Познакомься. Это моя Лида. Лид, — берет мою руку в свою. Чуть сжимает пальцы, — это мой отец. Гьорд Боссе Корф. С мамой ты уже знакома.

От практически невыговариваемого имени его отца я впадаю в легкий ступор. Интересно, как его жена называет? Я, кажется, начинаю понимать, почему у Итана нет отчества. И все всегда обращаются к нему только по имени. Я ещё год назад, когда держала в руках его паспорт, удивилась.

Получаю свою порцию комплиментов, скромно их принимая.