Львиное логово

Ты думаешь, мы зачем это делаем? Небось, мамка сказала, что все люди Ашшура людоеды, и детишек маленьких поедают?

Хадиану покраснел, и ничего не сказал, потому что именно так мама ему и говорила.

— Да ты не жмись, так все матери своим соплякам говорят, — махнул рукой десятник. — Потому что боятся. А раз боятся, значит дури меньше в голове бродит. А ну, лежи, спокойно, падаль, — пнул он воющего от невыносимой боли иудея. — Ты, пацан, пойми, ты не этого олуха сейчас на кол сажаешь, ты еще десятку олухов сейчас жизнь спас.

— Как это? — изумился Хадиану.

— Ну вот ты смотри, ты ткач, к примеру. И решил ты против великого царя побунтовать. Много у ткача шансов вот хоть супротив тебя выстоять? Немного, хоть ты и мальчишка совсем. Ставь кол в яму! Придержи, надо притоптать покрепче, лучше древком копья. Ну вот, о чем это я?

— Что мы ткачу жизнь спасаем, — напомнил Хадиану, стараясь не смотреть лишний раз на казнимого.

— А, ну да! Так вот, идет такой ткач, весь в дурных мыслях. А тут сосед его, что неделю назад на серебришко польстился, и копье в руки взял, на колу сидит и кровавые пузыри пускает. Вот что ткач сделает?

— Домой пойдет и бунтовать не будет.

— Вот! — десятник поднял вверх грязный палец с обгрызенным ногтем. — А если десять ткачей этого дурня увидят? То-то же! Домой пойдут, к своим женам под бок, и живы останутся.

Понял Хадиану, что он не лютой смертью сейчас человека казнил, а множеству невинных людей жизнь спас. И стало парнишке даже как-то на душе легче, как будто хороший поступок сейчас совершил.

Предместья Вавилона. Загородное имение великого жреца Акаль-ан-МардукаВеликий жрец изволил отдыхать после непростого дня. Каким-то невероятным образом из камеры сбежала эта персидская стерва, оставив там труп охранника. Второго стражника, который и был предателем, нашли только вечером, в канаве за городом, с перерезанным горлом. Не впрок ему пошли те кровавые деньги, что Аншанский демон дал. В том, что это именно тот подкупил охрану, сомнений не было, ведь его видели в городе. Стражники городские — полные олухи. Как они могли его упустить? Одного бойца, что ворота держал, полчаса не могли убить. Настоящий мастер отход Демона прикрывал. Это хотя бы объяснить можно. Но вот чего Аткаль-ан-Мардук так понять и не смог, так это того, что демон в той худосочной косоглазой уродине нашел. Или у демонов все не как у людей? То ли дело, он, Аткаль-ан-Мардук. В его постели девочка и мальчик, двойняшки, пятнадцати лет от роду, с лицами и телами дивной красоты. Он их купил просто за немыслимые деньги, и сейчас планировал опробовать свою покупку. С кого бы начать?

С этой сладкой мысли его сбил шум за дверью, которую охранял раб-нубиец. Судя по тому, что дверь открылась, и раб упал в спальню, зажимая рану в животе, уже не охранял.