Львиное логово

Это было неслыханно. Никогда великий царь не слал в походы вавилонское войско, и никто и никогда не ходил через великую пустыню, где кроме кочевников и людей-то нет на недели пути. Воины были злы, а командиры — просто в ярости. Если бы с ними не шла полная тысяча отборных ассирийских бойцов, то войско взбунтовалось бы, считая, что их ведут на верную смерть. Проводники из арамеев запросили неслыханные деньги, и при этом не давали гарантии, что в колодцах по дороге будет столько воды, чтобы хватило такой прорве людей и животных. Скорее не так, они давали гарантию, что воды на такую прорву людей точно не хватит.

Купец размышлял. Скорее всего, эта информация была очень ценной, а это значит, ее нужно доставить в Сузы незамедлительно. Тут серьезной наградой пахло. Слышал он как-то, что одному купцу так налоги за целый год простили. Денег столько сэкономил, что роскошную свадьбу для сына закатил и писаную красавицу ему в жены взял, отдав царский калым. Ему тогда весь базар завидовал. Налоги в персидском царстве, конечно, очень высокие, тут ничего не попишешь. Но зато взяток нет, а это тоже деньги. И грабежей на дорогах нет, а значит охраны куда меньше. А это еще деньги, и немалые. Так что, как ни крути, государство те налоги до последней монеты отрабатывает, грех жаловаться. Хороший царь правит, дай ему здоровья светлый Ахурамазда.

— Мазай! — позвал купец перса-охранника. Тот подскочил, почтительно склонив голову.

— Слушаю, господин.

— За сколько в Сузы сможешь доскакать?

— За десять дней, если на двух конях, господин.

— Если в неделю уложишься, десять сиклей серебра получишь.

— Уложусь, — сверкнул глазами перс. — Кони покрепче нужны, мяса вяленого, чтобы на ходу есть, два кожаных бурдюка и колчан стрел. Тигр на бурдюках переплыву тогда.

— Все получишь, — уверил его купец. — В Сузах пойдешь прямо к сиятельному Хутрану…

Перс проглотил слюну. К самому сиятельному по доброй воле никто не ходил, но мысль о десяти сиклях грела душу."

"Мазай скакал день и ночь, стараясь сберечь коней в бешеной гонке. Останавливался он только для недолгого сна или чтобы дать отдых лошадям. Те были куда менее выносливы, чем парень, выросший в горном кочевье. Он ел на ходу и даже справлял на ходу малую нужду. Пару раз отстреливался из лука от лихих людей, что попытались пойти ему наперерез. Тигр он, помолившись светлому Богу, переплыл на надутых бурдюках, как его научили при походе в Манну. И вот он дома, на левобережье. Отсюда до Суз рукой подать, пару дней всего.

Подскакав к резиденции Надзирающего за порядком, он почти свалился с коня, покрытого хлопьями пены, и прохрипел:

— К самому. Срочно.

Стражники переглянулись и, поддерживая под руки парня, которого ноги не несли уже, отвели к кабинету сиятельного.