ЛВ 3 (СИ)

Нет, взгляд он мой не увидел, конечно, но клюкой вставшей рядом с ним впечатлился, взгляд на меня, незримую, перевел, и вопросил голосом дрогнувшим:

— Вввеся?

Наклонилась к нему близехонько, да у самого уха выдохнула:

«Ирод, платье на место верни и учти — коли грудь мою тронешь похабно, али еще что — клюкой промеж глаз своих бесстыдных и схлопочешь!»

Улыбнулся аспид, с облегчением улыбнулся, да с радостью нескрываемой и произнес:

— Веся, ты значит, а я чувствую, что уходишь, думал навеки…

«Нет, что ты, поутру вернусь, а пока дел много, — забавно было с ним так разговаривать, я возле лица его близехонько, вот-вот и носом к его носу прикоснусь, а он меня ни тронуть ни увидеть не может. — Водю за лешинькой послал это правильно, странную боль испытала, раньше с таким не сталкивалась, тревожно мне стало. А как леший проверит, возвращайся с ним в лес мой Заповедный, вы моя подмога, коли пойдет что не так».

Закрыл глаза аспид, вздохнул тяжело, словно нервы свои успокаивал, да и распахнув очи от ярости суженные спросил разгневанно:

— А то, что сейчас произошло, это все «пошло так»?!

Плечами пожала, не сразу вспомнила, что не видит он меня, да и ответила:

«Более-менее. Навкара, конечно, неприятным сюрпризом стала, но справились же, так что хорошо все, а тебе благодарность особая».

Посмотрел на меня аспид, посмотрел… да и вдруг рука его наглая и бесстыжая под ткань платья свадебного скользнула да и сжала то, чего трогать не должна была бы. Меня оторопь взяла и от этого, и от того, что призрачной сутью своей я прикосновение это почувствовала!

«Убью!» — прошипела я, клюку крепче сжимая.

— Ха, — произнес аспид, и тут же вопрос задал: — Значит, сама ты лешего позвать не можешь."

"«Не могу, конечно! — я в глаза бесстыжие смотрю, то на руку его еще более бесстыжую, то снова в глаза. — Он леший Заповедного леса, я в данный момент ведунья Гиблого яра — связь между нами разорвана. И не лапай меня сказала!»

Аспид улыбнулся. Широко улыбнулся, нагло, опосля наклонился да и губами к губами моим прижался… Я чуть клюку не обронила, подхватила в последний миг, чувствуя… поцелуй ее чувствуя всем телом. Не только губами, но и душой, сердцем, теплом. Чувствую, а не должна ведь!

— Убью! — прозвучал на полянке голос родной да знакомый, голос друга верного, да защитника истинного.

— Мда, рано позвал, — вздохнул аспид и целовать меня перестал.

Леший тяжело к нему подошел, меня с рук бессовестных забрал, на траву бережно уложил, да и отступить собирался, как и следовало, только тут вдруг аспид вмешался:

— Подними ее!

— Нельзя, — огрызнулся лешенька, — она ведунья, она с землей леса этого, с почвой контакт иметь должна.

— Контакт? — тоном нехорошим переспросил аспид.