Лутер

"

"— Если сможешь узнать, когда его будут вывозить из лагеря, то получишь еще пятеру, — заявил Иваныч.

— Постараюсь, — кивнул я.

А вот тут уж нет. Узнавать я даже не собирался. Конечно, получить просто так пятерку я был не прочь, вот только «просто так» здесь не получится. Ведь если «Мерзкого» вывезут из лагеря (я так понимаю, в Речной, где над ним и состоится суд, ну или куда подальше, где и пристрелят попросту), то афишировать это точно не будут. И как я это узнаю? Подойду к конвоирам и спрошу: «А не подскажете, в котором часу вы будете отправляться?». Нет, подойти и спросить ‒ не проблема. Вот только кто мне скажет?

— Или получишь ее, когда засечешь выдвижение конвоя, — продолжил Иваныч.

Оп! А вот это уже интересно.

— А как я смогу тебе об этом сообщить?

— Зайдешь на этот же канал и скажешь, — ответил Иваныч.

— Так ты хрен знает где — сигнал просто не добьет…

— Это тебя волновать не должно, — отрезал Иваныч, — предупредишь, увидишь, что твое сообщение принято, и можешь ждать еще пятерку.

— Договорились, — кивнул я.

Подобные сделки мне нравятся больше. Ни у кого ничего я узнавать не буду, а вот проследить…

— Кстати, а ты уверен, что конвой вообще будет отправляться? Может, этого Мерзкого в лагере еще месяц будут мариновать?

— Уверен, что в ближайшие дни, — ответил Иваныч, — два-три дня, не больше.

— Два-три дня? — переспросил я. — Ну, лады…

А что, пару дней посидеть в лагере, поваляться на кровати я очень даже не против. Тем более Мерзкого скорее всего держат в комендатуре (там, насколько помню, сидят все нарушители порядка), а это здание отлично видно из моего окна.

Так что…если все получится, это будут самые легкие пять штук, которые я заработал за все время на Хрусте.

— Вот и отлично, — улыбнулся Иваныч, — тогда жду от тебя новостей. И да, кстати…

— Что? — я уже поднял с земли свой рюкзак, забросил лямки на плечи.

— Тебе как дроиды еще будут попадаться — конечности тоже тащи. Руки, ноги…башку вообще целиком можно.

— А сам корпус…ну…туловище?

— Торс, — поправил меня Иваныч, — тоже можно. Но очень я сомневаюсь, что ты его сам допрешь…

— А, ну да… — я смутился. Действительно, глупость сморозил — дроид весил килограмм двести, и большая часть массы как раз и приходилась на «торс».

— Все, давай, удачи! — махнул мне на прощание Иваныч, сгреб все железяки в неведомо откуда взявшуюся у него руках здоровенную сумку, развернулся и пошел к одному из подъездов.

Я же, подобрав свое оружие, пошел на выход со двора.

Глава 38 Шпионские игры

Фэйтон.

Отойдя метров на двести от «обиталища» Иваныча, я надел Алл-инк, установил в него чип и перебросил с последнего деньги себе на счет.

Двенадцать тысяч. Надо же, а я еще бегал, искал эти чертовы гнезда слепней.