На тропе Луны

Их дома крайние, дальше только садовые участки, железнодорожные пути и темный лес, взбирающийся в горы.

Странное это было место. Смотришь в одну сторону – видишь улицы в разноцветных огнях фонарей, окон, рекламы. Повернись вокруг своей оси – и только тьма перед тобой, вековые сосны да теряющаяся среди них дорога. Вот туда-то ей и надо, к городу задом, к лесу передом.

Карина не соврала Диймару – найти его ей не составило бы труда даже в человеческом теле. В конце концов, от путешествия в обнимку сквозь глубины деревьев должна быть и польза, а не только смущение. Вот запах его запомнила, даже насморком не вышибешь. И мерещится повсюду. Или не мерещится?

Диймар вышел из-за дерева так бесшумно, что даже чуткие волчьи уши не уловили бы. Хотя вернее предположить, что он вышел все-таки из дерева. Хорошо устроился, наглая морда, – кому темный мокрый лес, а кому коридор с дверями. Впрочем, последние полчаса мальчишка явно проторчал не в помещении – с куртки и волос лилась вода. И руки холодные, как лапы лягушачьи. Он ухватил Карину за руку и поволок обратно к дереву, сосне, из которой вроде только что выскочил. Конечно же, ничего не объясняя.

– Пусти, псих больной! Пусти, куда тащишь?

Ледяная ладонь приглушила ее вопли. Да какого фига? То Митька ей рот затыкает, то этот лягух отмороженный. Она замотала головой.

– Не бойся, – прошептал, вернее, прошипел Диймар. И шмыгнул носом. Простудился все-таки, четырехмерник фигов. – Да не дергайся ты, ничего я тебе не сделаю. И кусаться не вздумай.

Она перестала вырываться. В самом деле, если бы он хотел ей навредить, возможностей у него было предостаточно.

– Успокоилась? Убираю руку, не ори, спугнешь…

– Кого… спугнешь? – кое-как перевела дыхание девчонка. – Придурок, задушить меня хотел?

– Хотел бы, ты бы тут не вякала, – зло сообщил тот. – Куда тебя понесло, мало приключений на свою… эту самую наискала?

– Не твое дело куда.

Щас, так и созналась, что его в лесу искала, промокшего и замерзшего. Причем так и есть. В лесу, мокрый и с насморком. И далеко бежать не пришлось, замечательно. Вот только с какой радости он тут околачивается? Ему сейчас полагается тихо-мирно помирать от воспаления легких в палатке. И быть придавленным деревом, да. Тьфу, еще и дождь прямо в лицо хлещет, даже под деревом не укрыться.

– Я тут кое-кого знакомого увидел, – сквозь зубы сообщил Диймар. – И по-моему, тебе тоже не повредит поглядеть, чем он занят. Помнишь, я в столице знаккера встретил? Он тут!

– Ну и чего московский знаккер в нашей жо… глубинке забыл?

– Я примерно догадываюсь, чего он забыл, но тебе объяснять только зря время терять. Пойдем покажу… – И закашлялся глухо, почти надрывно.