Злые чары Синей Луны

 — Я и понятия не имел… Мы же все сражались с родными и друзьями и убивали их снова и снова… — Он сердито взглянул на Чанса. — Мы могли превратить демонов обратно в людей? Если бы знали. Тогда.

— Вы же не знали, — ответил молодой человек. — Не могли знать. И за истекшие двенадцать лет никто не придумал такого лекарства. Хотя Магус настойчиво утверждает, будто работает над этим.

— В то время мы без счета убивали демонов, уверенные, что наше дело правое, — проговорил капитан. — Если бы мы сразу схватились с самим князем демонов, победили его раньше… Сколько людей мы могли бы спасти от страшной участи — превратиться в живой кошмар!..

— Ч-ш-ш, — Фишер накрыла его руку своей. — Мы не знали. И никак не могли знать. Сменим тему, Чанс. Расскажи нам о замке. Там происходит что-нибудь новенькое?

— О да, — с готовностью откликнулся Аллен. — Когда князь демонов пропал, остатки старого заклинания астролога развеялись вместе с ним, и некогда утраченное, а теперь вернувшееся южное крыло опять сделалось совершенно нормальным. Однако появилось нечто новое, причем в самой середине замка. Опрокинутый Собор. Подобное довольно сложно объяснить, но будьте ко мне снисходительны. Все это по большей части лишь недавно вновь открытые знания, выкопанные в самых старых отделах замковых библиотек. Знания, забытые несколько столетий назад, а может и запрещенные. Собор существовал прежде замка. Его выстроили очень давно, так давно, что история с тех пор успела стать легендой, а легенда — мифом. В те незапамятные дни строительство храмов являлось одновременно искусством и наукой. Храмы строились для конкретной цели: прямого сообщения с Богом. Все здание, самые его формы, углы и тяги все имело смысл и цель. Завершенное здание было устроено так, чтобы резонировать, словно гигантский камертон. Когда люди молились в храме, строение вбирало в себя их веру и направляло вверх, прямо к Богу, в одном сверхчеловеческом звуке. И Господь слышал и посылал обратно свою любовь, которую высокая башня Собора трансформировала в приемлемую для людей форму. Так осуществлялось прямое сообщение с Богом. Говорят, в те дни власть Добра лучами расходилась от Собора, омывая своей благодатью всю страну. И сам Лес, и его народ росли прямыми и честными, сильными и уверенными в любви Господа.

Потом все пошло наперекосяк. Некто, наделенный дьявольской магической силой — я сознательно использую определение «дьявольской», — опрокинул храм. Вместо того, чтобы вздыматься к небу, огромное здание теперь вонзилось глубоко в землю. И то, что раньше воссылало молитвы к Богу, теперь направляет смертные голоса к… чему? Кто их слушает? В общем, благодать ушла из Леса, и по стране распространились новые, более темные веяния.