Злые чары Синей Луны

— Никогда так не говори, — предостерегла его Фишер. — Как раз когда становишься самоуверенным и дерзким, все вдруг идет наперекосяк и изо всех щелей лезет разная дрянь. Как правило, с очень большими зубами."

"— Вы ничего не понимаете! — злобно бросил Жареный. — Вы здесь потому, что нужны Переходным Существам для открытия врат. Вы — просто пешки в большой игре.

— А зачем мы им? — деланно удивился Хок. — По-моему, ты говорил, что они скоро станут достаточно могущественными, чтобы вскрыть врата со своей стороны.

— Им не терпится. Они чуют, что их время, наконец, пришло.

Фишер поерзала, прикидывая меч на руке.

— Я была бы почти счастлива, если бы нам пришлось сражаться с чем-нибудь материальным. Это место изматывает, словно ногтями по душе скребут.

— То-то было бы облегчение, — согласился Хок. — Иметь перед собой нечто, по чему можно двинуть в ответ. Но, на мой взгляд, здешние опасности носят скорее духовный характер. Нам нужно сосредоточиться на том, кто мы есть и во что мы верим.

— А во что мы верим? — неторопливо спросила Фишер. — Я хочу сказать, после всего, что мы видели, через что мы прошли, сколькими разными людьми нам приходилось быть в разные времена, — во что нам осталось верить?

Хок взглянул на нее и улыбнулся:

— Мы верим друг в друга.

— Да, — улыбнулась в ответ Фишер. — Этого у нас не отнять.

— Их легендарная любовь, — произнес Сенешаль так тихо, что никто его не слышал.

Хок осторожно глянул вниз, на длинную вереницу пройденных ступеней, а затем вверх — на бесконечную цепь ступеней, которые еще предстояло одолеть, и припомнил другую лестницу. Это было много лет назад. Он был тогда гораздо моложе, нежеланный второй сын, решительно намеренный доказать, что и он чего-то стоит. Он забрался на Драконью гору, чтобы убить дракона в пещере у самой вершины. Он думал, что погибнет в битве с драконом, но уже само восхождение едва не уничтожило его. Подъем оказался невероятно тяжелым, погода, как назло, разбушевалась, и последнюю часть горы ему пришлось преодолевать на четвереньках по предательски качающимся скалам и живым осыпям. Он много раз мог повернуть, но не сделал этого. И когда, наконец, добрался до пещеры на самом верху, то обрел друга-дракона… и любовь в лице его пленницы, принцессы Джулии.

Руперт улыбнулся воспоминаниям. Время от времени хоть что-то он делал правильно.

Они снова начали карабкаться вверх. Мышцы спины и ног болели теперь зверски, они просто протестующе выли, но люди упорно продолжали восхождение. Хок еще больше замедлил шаг, но это не помогало. Время, казалось, ползло. Головы свесились на грудь. Путники слишком устали даже для того, чтобы заглядывать в растущий провал.