Злые чары Синей Луны

Фея сделала несколько шагов вслед за ним, но потом остановилась.

Фишер наклонилась к Хоку:

— Это замечание насчет светлых волос… Не кажется ли тебе, что он…

— Если б он знал о тебе, то сказал бы. Он любит похвастаться собственной осведомленностью.

Фишер неуверенно нахмурилась:

— Мне кажется, или раньше у него были серые глаза, а не голубые?

— Боже, я так рад, что ты это сказала. Я тоже так думал, но… Погоди. Только взгляни туда.

Они оба уставились на Магусовы ноги, парящие в доброй паре дюймов над полом.

— А, не обращайте внимания, — успокоила их фея. — У него сейчас настолько забита голова, что порой он забывает обо всяких мелочах. Вроде гравитации.

— Что именно вы там ищете, сэр Магус? — поинтересовался Хок, так как чародей продолжал молча смотреть в окно.

— Мой плащ, — рассеянно ответил колдун. — Он где-то охотится. Я всегда беспокоюсь за него, когда он гуляет сам по себе. В наши дни в Лесу полно опасных тварей. Некогда плащ являлся одной из них, но… а, вот и он!

Маг посторонился, ласково улыбаясь. Плащ впорхнул в открытое окно, хлопая крыльями, словно гигантский нетопырь. Он дважды облетел хозяина, приветствуя его, а затем с шумом приземлился в углу. Он встал прямо, слегка подрагивая, и принялся издавать громкие и весьма неприятные звуки, ворча и рыгая. Магус закрыл окно.

— А на что конкретно ваш плащ охотится? — поинтересовался Хок.

— А, в основном на то, что не успевает удрать, — ответил чародей, присоединяясь к ним. Он снова ступал по полу.

— Включая людей? — с сомнением покосилась на плащ Фишер.

— Нет-нет, — заверил ее хозяин. — С этим покончено.

Он снова опустился в кресло и сурово взглянул на капитанов."

"— Нам надо поговорить. Я должен сообщить вам несколько вещей. Кое-что из этого вам уже известно, но такова уж ваша судьба. Первое, Трещина связывает север и юг. Я создал ее. Последнее великое заклятие Дикой магии в мире людей. Другого такого больше не будет. Магия уходит из мира и поигрывает мускулами в последних отчаянных демонстрациях силы. Но человечество процветает и распространяется по миру, переделывая его под себя. И магия уступает место науке, которая ближе человеческой природе. Наука всегда срабатывает. Ее принципы логичны. В глубине души человек — существо рациональное, и мир ему требуется рациональный, где правила всегда выполняются и все имеет смысл. Дикую магию постепенно заменила Великая магия, более упорядоченная форма. Некоторые из вас сумели приручить ее себе на пользу, но даже она ныне угасает. У большинства людей недостаточно гибкое сознание, чтобы иметь дело с магией.

— А как насчет этой новой Хаос-магии, основанной на математике? — спросила Фишер. — Поговаривают, за ней будущее.

— Чушь! — рявкнул Магус.