Лунная дорога в никуда

Тяжелый брезентовый макинтош тяжело висел на плечах, сковывая движения, но благодаря ему вода хотя бы не стекала за воротник щегольской курточки, которую Макаров недавно купил и ужасно ею гордился.

Курточка была фирменная, дорогая и очень уютная, только на непрекращающийся осенний дождь на размокшей проселочной дороге не рассчитана. Макарову казалось, что он в очередной экспедиции, вот только ищет сейчас не солдатские останки, а живого человека, практически ребенка.

При составлении маршрута он внес коррективы в предложенный Татьяной план. Действительно, первая группа, ведомая Михаилом Евгеньевичем и включающая Игната, Романа Маслова, Настю и «австриячку» Анну, имеющую опыт нахождения в экстремальных ситуациях, отправилась прочесывать лес."

"Вторая – во главе с Татьяной – двинулась на озеро. В состав этой группы вошла поддерживаемая сыном Ольга, Елизавета, Маргарита Романовна и Паулина, зачем-то притащившая с собой дорогущие резиновые сапоги стоимостью в простенькую шубу. Поймав макаровский взгляд, она коротко пояснила:

– Ну куда мне на Рублевке в них ходить, а тут глушь, бросила в багажник, думала, вдруг пригодится.

Сам Макаров возглавил третью группу, в которую кроме Даши включил еще Игоря Арнольдовича. Бизнесмен от предстоящего приключения был не в восторге, но, поймав тяжелый макаровский взгляд, счел за благо не отказываться. Эта группа отправилась в сторону города, где размыло дорогу. Бесшабашная девчонка вполне могла отправиться именно туда, поскольку прятаться в лесу или на озере совсем уж глупо, а дурой Саша Тихомирова, несмотря на все ее странности, точно не была.

Конечно, дорога была покрыта хоть и потрескавшимся, но вполне сносным асфальтом, но по бокам тянулись мокрые канавы, а за ними – грязные колючие кусты, в которых вполне могла отсиживаться беглая девчонка. Вот и приходилось большую часть времени шагать по мокрой, скользкой глине. Макаров осматривал левую сторону дороги, бизнесмен – правую, а Дашу они оставили на асфальте, тем более что ее обувь для подобных прогулок точно не годилась. Когда она спустилась, все имевшиеся в усадьбе женские резиновые сапоги были уже разобраны, а из мужских она вываливалась, поэтому на поиски отправилась в собственных ботинках, уже основательно промокших. Не заболела бы.

Эта молодая женщина отчего-то вызывала у Макарова желание о ней заботиться, что в общем-то было для него внове. Несамостоятельные женщины его обычно раздражали – сказывалась инъекция, сделанная бывшей женой, которая самостоятельно не могла решить, варить на ужин картошку или макароны. Но в том-то и дело, что Даша ни о чем не спрашивала, о помощи не просила и в защите не нуждалась – бодро шла по дороге в промокших ботинках, не ноя и не жалуясь.