Лукавый Морок

Только тогда вздрогнула, повернула голову в его сторону и резво вскочила.

– Вы кто? – спросила испуганно.

Нев дал бы ей лет пятьдесят, а то и вовсе счел бы ровесницей, но усталый вид, волосы, явно никогда не знавшие краски, и заметная сутулость вполне могли прибавлять незнакомке пару лишних лет. Невысокого роста, очень худая, она зябко куталась в толстый кардиган.

– Извините, я не хотел вас напугать, – вежливо заверил ее Нев, обезоруживающе улыбаясь. – Я просто приехал сюда со своими друзьями. Мы гуляли по территории и набрели на этот коттедж… Дверь оказалась открыта…

Он неловко замолчал, не зная, как лучше объяснить, почему коттедж вдруг привлек их внимание и чего ради они вошли, но незнакомке его объяснения и не потребовались. На ее лице отразилось понимание, уголки губ едва заметно приподнялись в грустной улыбке.

Она вздохнула и села обратно в кресло, плотнее запахивая на груди кардиган.

– Люди, приезжающие сюда, делятся на два типа. Одни ничего не знают о случившейся здесь трагедии и не хотят знать. Другие приезжают только из-за нее. Они приходят в этот дом, фотографируют всё, снимаются сами на фоне пятен крови и разгрома… Получаются красивые фото для соцсетей, наверняка собирают много лайков. Дочка как-то объясняла мне, насколько это важно в современном мире.

Ее голос прозвучал грустно и устало, что дало понять: она не в восторге ни от подобного паломничества, ни от современной моды на дешевую славу в интернете. Нев, до того застывший на пороге, вышел на крыльцо, оставив дверь приоткрытой на случай, если его будут звать.

– А к какому типу принадлежите вы? – мягко поинтересовался он, пытаясь проследить за взглядом женщины. Но та не смотрела ни на что конкретное: с этого крыльца открывался прекрасный вид на озеро, но ничего примечательного, за что мог бы зацепиться глаз, в поле зрения не попадало.

– Я к ним не принадлежу, – улыбнулась она. – Я просто присматриваю за этим местом.

Нев обернулся к стеклянной двери, которая сейчас слегка поскрипывала, открываясь шире. «Так вот кто смахивает пыль с мебели», – догадался он. Одно оставалось непонятным: зачем? Но женщина ответила на этот вопрос прежде, чем он успел его задать:

– Людям нравится видеть это место нетронутым, как будто все случилось буквально вчера. Поэтому никто не убирает мелкий мусор или разломанную мебель, но и зарасти всему грязью тоже не дают. Никто не любит копаться в грязи.

И снова этот тон… Так говорят люди, имеющие непосредственное отношение к трагедии, по кому она прошлась лично. Или те, кто все видел своими глазами.

– Вы были здесь, когда это случилось? – поинтересовался Нев, снова поворачиваясь к незнакомке.

Она прикрыла глаза, тяжело вздохнула и едва заметно кивнула.

– Это было страшно, действительно страшно.