Лука Витиелло

Выражение ее лица отражало вежливый интерес и фальшивое счастье, но я мог видеть мириады темных эмоций, скрывающихся под ее внешней маской. Скоро ли она станет такой же, как ее мать, Ниной или Миссис Кавалларо? Сломаю ли я ее?

Она не смотрела в мою сторону, но я был уверен, что она заметила мой взгляд.

После того как ее кузина Бибиана поговорила с Арией, а я с ее старым толстым мужем, поведение моей жены изменилось. Я не мог понять почему, но она все время рисковала взглянуть на меня. Я разговаривал с одним из моих капитанов, когда Ария снова посмотрела на меня, и я, наконец, повернулся, чтобы встретиться с ней взглядом. В нем я увидел любопытство и проблеск надежды. Последнее было еще более смертоносным, чем первое в нашем мире.

Затем мое внимание привлекло ярко-красное платье и лакированные красные кожаные каблуки. Мои глаза вернулись к шеренге доброжелателей, и проклятие замерло на моем языке.

Сенатор Паркер и его семья. Я почти не обращал внимания ни на человека, чьи кампании мы оплачивали, ни на его столь же амбициозного сына, который тоже был у нас на жалованье. За ними стоял последний человек, которого я хотел видеть на своей свадьбе: Грейс.

Я был почти уверен, что она была пришита к своему гребаному платью.

Я пожал руки ее отцу и брату, прежде чем она подошла ко мне. Сенатор Паркер бросил на нее предостерегающий взгляд, который Грейс проигнорировала, как всегда не обращая внимания на разумные советы.

— Поздравляю, Лука, — сказала она, ее глаза практически пытались трахнуть меня. Если она не остановится в ближайшее время, мне придется ее вышвырнуть.

— Грейс, — сказал я скучающим голосом.

Она подошла очень близко, ближе, чем следовало, и я бы оттолкнул ее, если бы это не вызвало большого внимания.

— Я очень влажная для твоего члена, Лука. Я хочу почувствовать твою сперму у себя во рту. — промурлыкала она мне на ухо. — Возможно, ты вспомнишь обо мне сегодня ночью, когда будешь трахать свою маленькую, скучную жену. Она и наполовину не будет так хороша, как я.

Я сохранял нейтральное выражение лица, даже если моя кровь кипела от ярости. Я сомневался, что это было гребаное намерение Грейс. Неужели она действительно верила, что я буду думать о ней, когда буду с Арией?

Ария была великолепна. Она была благородна. Она была моей женой.

Грейс была ничем.

Конечно, Ария не покорила бы меня своими навыками. Она никогда ни с кем не была, но я научу ее. Черт, я не мог дождаться, чтобы сделать это.

Затем Грейс действительно обняла Арию, и, когда она отстранилась, Ария выглядела так, будто ее сейчас стошнит. Что, черт возьми, Грейс сказала ей? Она была чертовски вероломным существом.

Я потянулся к руке Арии, и она вздрогнула так сильно, что я понял, что Грейс, должно быть, раскрыла одно из наших самых тяжелых приключений.