Лука

Кровь тут же подступила к лицу, заливая краской шею и лицо, выдавая меня с потрохами, обнажая мои сокровенные мысли перед ним. Потому что на лице моего мучителя тут же отобразился блеск прозрения, а глаза сузились и посмотрели на меня уже с дымкой нескрываемой похоти. Не выдержав эту битву, я развернулась к окну, делая вид, что ничего не произошло. Но он знал, дразнил меня… И это было отвратительно.

Мы приехали в гостиницу в самом центре города, перекрытую практически полностью охраной Луки. Я видела их повсюду: на стоянке, ресепшене, у лифтовых и на этаже. В одинаковых костюмах с одинаковыми стрижками они расхаживали с рациями, осматривая каждый сантиметр территории. Как администрация гостиницы позволила такое? Они же распугают всех гостей!

— Это моя гостиница. — пояснил Лука, снова прочитав мои мысли. Я даже потерла шею, проверяя-нет ли там импланта, который передает ему мои чувства и мысли.

Люкс, в котором нам предстояло жить, был на самом последнем этаже, и к нему вел отдельный лифт, перед входом в который, часть охраны осталась в коридоре. Мне было неуютно передвигаться при таком пристальном наблюдении, я то и дело, что врезалась и спотыкалась.

Номер был очень просторным и светлым, состоящим из нескольких комнат в современном стиле. Ничего вычурного и лишнего. Я сняла куртку и аккуратно повесила ее в шкаф, сняв с себя также кроссовки.

Из окна открывался потрясающий вид на Москву, даже вдалеке виднелись цветные купола Василия Блаженного, больше напоминавшие рожки мороженного, чем церковную архитектуру. Я прижалась лбом к холодному стеклу окна, выдахая на него, чтобы оно запотело.

— Хочешь выпить? — его хриплый голос был у самого уха. Он бесшумно передвигался, как хищник на охоте. По шее тут же пробежали мурашки от его дыхания.

— Я бы выпила джина.

Лука открыл бар и стал изучать запасы алкоголя, прижимая ухом телефон.

— Принеси лед и спрайт. И притащи еще сыра, оливок, два стейка медиум. И чтобы не дольше пятнадцати минут.

Я уже и забыла, что он все обо мне знает, включая предпочтения в выпивке. В его досье на меня и не такое есть. А еще было странно находиться с ним в номере, как с обычным смертным человеком, выпивая и кушая, обсуждая земные дела.

Себе он даже не стал наливать, начал выпивать виски прямо из бутылки с горла, не закусывая. Я села в кресло у окна, поджимая ноги. Сердце стучало. Что будет дальше? Мы никогда не были вдвоем долго в одной комнате, и от этой мысли все будоражилось и мешалось в предвкушении запретного и страха неизвестного.

— Ты дрожишь. Выпей. — скомандовал он, располагаясь напротив меня в кресле. Он занял непринужденную дразнящую позу с широко разведенными ногами, намекающую на его мысли.