Лука

 — сказал я, зная, что это вызовет в нем приступ гнева. — Может перейдем на что-то покрепче?

Лука подошел к бару, выудил из него виски и поставил на стол, возвращаясь за стаканами под крепкий напиток. Лука практически всегда пил только чистый виски, иногда джин. А иногда из бутылки, закусывая лимоном.

Я взял бутылку и разлил по стаканам, заполняя их до краев.

Лука сел напротив, где только что сидела Алиса со своими белокурыми волосами. Лука не был таким хорошеньким, как она. Он был в трое больше и от него исходило столько агрессии в отличие от бедной девочки.

— Завтра утром мне нужно выехать в Дагестан, не знаю сколько времени это займет. — сказал Лука, рассматривая золотистую жидкость в стакане. Я знал зачем ему туда. Еще утром собирал информацию для него. — И не хочу оставлять… дом один. Хочу попросить тебя периодически проверять тут все.

— Конечно, захвачу только с собой ящик шампанского.

— Я смотрю у тебя прошел нос.

Я усмехнулся, скрещивая руки на груди. У меня было всего два друга: Лука и Алан, и если Алана я знал, как облупленного, то с Лукой было сложнее. Его мысли оставались всегда не доступны для окружающих.

— Я присмотрю за ней. — уже серьезно ответил я. — Значит, Мониша?

Он допил остатки виски, и посмотрел на меня не мигая, серо-голубые глаза потемнели. Брови сошлись на переносице, образуя хмурую складку. Ему не нужно было отвечать на мой вопрос, я знал на него ответ и так. И тоже допил свой виски, от выпитого меня немного повело, но зато прошла пульсирующая боль в носу.

Алиса

Следующие несколько недель были для меня небольшим подарком. Утром, когда я проснулась, Руни известила меня, что ""ее господзин"" уехал и обещал вернуться. Лучше бы не возвращался. Руни плотно занялась моим здоровьем, готовя мне только правильную почти безвкусную пищу. В ее арсенале было столько витаминов, что мне было страшно от их количества. Еще она заставляла меня делать растяжку каждый день, от которой у меня болели ноги и я не могла их сводить.

После ее массажей также было невозможно чувствовать тело. Она словно ломала мне кости и перевязывала их, чтобы я не рассыпалась. Мне казалось, что меня переехал грузовик.

В течении всего дня я бродила по дому, изучая его стены и характер хозяина. Лука, меня удивлял. Этот жестокий человек очень много читал, потому что у него в кабинете были залежи книг Кафки, Гете, Гюго и других авторов и философов. В зале у него стол граммофон с классическими пластинками.

С его отъездом дом опустел, охрана поубавилась, но со мной остался верный Захар, который более тщательно выполнял свои обязанности и разговаривал только по делу. Единственной радостью был Майлз, который приезжал каждый вечер и готов был говорить обо всем. Мне он нравился несмотря на то, что Лука был его другом.