Лучший экипаж Солнечной

Знаешь отчего? Здесь нужно тренировать мозг, если хочешь остаться в живых. А на Земле это уже ни к чему.

– Так заставьте их! – крикнул Боровский. – Вы сами говорили – от войны там все развалится! Тогда им придется думать, чтобы выжить!

– Честно говоря, я в них не верю, – сказал Рашен. – Не потянут они. Мозг у них давно уже атрофировался.

– Вы их просто мало знаете, шеф.

– Ты их, что ли, хорошо знаешь?

– Ну… Все-таки нас, евреев, как тараканов. У меня большой круг общения.

– И что?

– Да говорю я вам – справятся они!

– Ох, мама! Слушай, Жан-Поль, ну что ты меня, усталого старика, все на подвиги склоняешь?

– А вам что, драйвер, – спросил Боровский, неприязненно морщась, – вдруг понадобился для подвига серьезный повод?

– То есть?

– Сколько вас помню, вы о себе меньше всего думали. В основном для других старались.

– Ну, это ты загнул.

– А как вы с экипажами работали? Да ребята молятся на вас! Вы же их настоящими людьми сделали!

– Молиться вредно, – заметил Рашен. – От этого становишься инфантильным. А насчет экипажей ты не прав. Хороший экипаж – залог выживания корабля в бою.

– Это вы себя убеждаете! – рассмеялся Боровский. – Врете и сами не понимаете, как врете! Я-то вижу! Я ведь не слепой…

– Ты страшно наглый, коммандер Боровский. Нести какую-то чушь перед целым адмиралом…

– Слушайте, вы, – сказал Боровский, подаваясь к Рашену вплотную, – целый адмирал! Совет Директоров подставил вас для того, чтобы сместить. Они Дядю Гуннара загнали в отставку без малейших проблем. А вас, всего-то командира бригады, вынуждены были подставлять. Потому что у вас репутация. У вас реноме. Земля считает, что вы рыцарь. И я уверен – она пойдет за вами, если вы будете тверды. Все, я сказал. Разрешите идти?

Некоторое время Рашен молча жевал губу.

– Знаешь, кто предложил дать боевым кораблям имена литературных героев? Не настоящих героев, а придуманных? – спросил он наконец.

– Какой-то умный еврей. Я забыл фамилию, это же было сто лет назад.

– Ты понимаешь, зачем это было сделано?

– Конечно. Чтобы подтвердить отказ Земли от своего прошлого. Забыть все дурное, что осталось позади. Религии мы стерли, потому что из-за них была Заваруха, и была Полночь. А из литературы выжила только фантастика, потому что все остальные книги несли в себе боль и ненависть. Я согласен с этой идеей, драйвер. Недаром мы и через сто лет так живем.

– Неправильно живем, как ты сам заметил.

– Вы меня не сбивайте, шеф. Я, например, горжусь тем, что наш «Тушканчик» на самом деле – «Пол Атридес».

– Пол Атридес установил во Вселенной мир. Но для этого ему пришлось сначала развязать войну, которая уничтожила десять миллиардов человек. Он был потомственный аристократ, король, и для него это было нормально. А для нас…

– Мы военные, шеф.