Лучший экипаж Солнечной

– Но вы действительно очень красивая женщина, капитан. Во всяком случае, на мой вкус.

– Особенно сейчас, – заметила Ива, машинально поправляя на голове полотенце. – Значит, не хочешь отвечать?

– Сожалею, но мне нечего ответить, – сказал Эндрю очень мягко, почти ласково. – Вы меня за кого-то принимаете… За героя какого-то. Из женского романа. А я просто свалился вам на голову. Сначала испугался, а теперь вот… Даже не знаю. Рад, наверное. Я ведь скучал по вас…

– Если не можешь обращаться ко мне на «ты», давай перейдем на английский, – предложила Ива. – Или у вас, у русских, положено сначала выпить на брудершафт?

Вернер откровенно смутился. Получалось у него это обворожительно.

– Я не знаю, что на этот счет положено у русских, – сказал он. – Но выпить я с вами… с тобой готов в любое время.

– Тебя что, тормозит, что я старше по званию? – не унималась Ива.

– Тьфу! – Вернер провернулся на каблуках, и когда лицо его снова оказалось у Ивы перед глазами, было оно уже совсем не смущенным, а заразительно улыбающимся. – Да ничего меня не тормозит! Я просто с тех пор, как тебя увидел, только о тебе и думаю!

– Молодец! – похвалила Ива, крепко хлопнула Эндрю по плечу и, повернувшись к нему спиной, царственно поплыла по коридору.

Эндрю восхищенно смотрел ей вслед.

* * *Адъютант контр-адмирала Задницы сгибался под тяжестью здоровенного кофра с оборудованием.

– Здрасте! – выдохнул он, роняя кофр на стол. – Все как заказывали. С горячим приветом от моего патрона.

– Не любит он тебя, Изя, – сказал Рашен. – Не бережет.

– Это точно, – согласился Изя, откидывая крышку и извлекая из кофра цилиндрический сосуд с бурой жидкостью.

– Посуду на стол, технику в угол, – распорядился Эссекс, возникая на пороге. – Здравствуй, Алекс. Стаканы где?

– Да вот стаканы, не переживай. Изя, ты бы действительно убрал со стола этот ящик.

– Погодите, – сказал Изя, запуская руки в кофр и щелкая рычажками помехопостановщика. – Не все сразу. Дайте машину на режим вывести.

– Ой! – скривился Рашен. У него вдруг прихватило зубы и ломануло поясницу. Это Изя что-то у себя в кофре перекрутил. – Ты полегче!

– Сами-то не умеете… – проворчал Изя, вглядываясь в аппаратуру и недовольно морщась. – Пардон. Эта штука буквально на честном слове держится… Момент.

Эссекс вытер слезящиеся глаза и уселся за стол напротив Рашена.

– Ну? – спросил он недовольно. – Долго еще терпеть?

– Да сейчас же! – обиделся Изя. – Я вам что, техник? Я вообще в этой электронике ни бум-бум…

– Как раз насчет бум-бум у тебя хорошо получается, – заметил Рашен. – У меня сейчас зубы выпадут.

Изя что-то с усилием провернул в кофре, и затопившее каюту электричество рассосалось. Помехопостановщик вышел на режим.